Чужие под одной фамилией - Александра Новикова Страница 226

— Ник, я выйду на балкон, покурю, — взяв с тумбочки телефон, кивнул в сторону окна.

— Хорошо, — коротко кивнула, уже вываливая на кровать гору каких-то баночек, кисточек и прочей хрени, в которой я не смыслил.

Выйдя, прикрыл за собой стеклянную дверь, оставив лишь узкую щель, чтобы дым в комнату не тянуло, но и не запираться — мало ли, вдруг ей что-то понадобится. Встал спиной к номеру, оперившись локтями о перила и закурил. Достав телефон, открыл чат с пацанами, Костян и Витя, там уже вовсю демагогию разводили, жалуясь, что тоже хотели конкурс посмотреть.

Костя:

"Слышь, Ян, а че за площадка-то? Клуб какой или ДК местный?"

13:40

Я, честно говоря, и сам не знал. Повернулся к комнате, и негромко позвал:

— Ник? А где конкурс будет? Как место называется?

Она в этот момент сосредоточенно впихивала какие-то палетки с тенями в рюкзак, закусив губу почти до крови.

— В Зимнем театре, — отозвалась, не поднимая головы.

— Понял, — кивнул и быстро отстучал пацанам:

Я:

"Зимний театр."

13:43

Мне это название ни о чем не говорило, ну театр и театр. Но чат замолк на пару секунд, хотя галочки "прочитано" появились сразу. А потом телефон начал вибрировать как ненормальный, чуть из рук не выпрыгнул. Пацаны скинули в группу фотки этого зала из инета. Открыл одну фотографию, вторую… и завтыкал. Колонны, золото, огромные люстры, бархатные кресла. Это реально был дворец, а не просто сцена.

Нихуя себе…

Витя:

"Ян, ты там смотри, со своей рожей в кроссах аккуратнее, а то за бандита примут и копам сдадут."

13:44

Никита:

"Оденься по приличнее, не позорься."

13:45

Я смотрел на свои руки с содранными костяшками, на шорты, и понимал, что вообще в эту позолоту не вписывался ни боком, ни задом. Буду торчать там, как грязное пятно на белой скатерти.

А я вообще иду?

В голове уже нарисовалась безрадостная картинка, как я сижу в пустом автобусе и жду их три часа, рассматривая в окно прохожих. Стеклянная дверь тихо открылась, и Ника осторожно заглянула, щурясь от яркого солнца.

— Ян… — она замялась, перебирая пальцами край своей футболки. — А ты… в чём пойдёшь?

Я тупо уставился на неё, даже забыв затянуться. Дым сигареты медленно таял в воздухе, а я молчал, пытаясь осознать вопрос.

— Я? — переспросил как дебил.

— Ну да, — Ника как-то совсем робко кивнула, отводя взгляд на зелёный склон. — Или… ты не хочешь ехать? Тебе там скучно будет, наверное...

— Хочу! — выпалил я быстрее, чем успел подумать. — Очень хочу, Ник.

Ника выдохнула, плечи расслабились, а на губах мелькнула та самая живая улыбка. Только вот вопрос "в чем идти" никуда не делся. Я лихорадочно начал прокручивать в голове содержимое своего рюкзака. Скромнее некуда — пара маек, шорты, джинсы…

— Слушай, — почесал затылок, чувствуя, как внутри всё зудит от неловкости. — У меня это… чёрные джинсы есть. Чистые. И чёрная майка без надписей... Пойдёт?

Я представил себя в этом "тотал блэк" на фоне золотых люстр и хрусталя. Ну, хотя бы не в трениках с лампасами, и на том спасибо. Но внутри всё равно зудело: на фоне всех этих расфуфыренных я буду смотреться как охранник, который случайно забрёл на банкет и не знает, куда деть руки.

Ника внимательно на меня посмотрела, чуть склонив голову набок, будто прикидывая образ в уме. В её взгляде не было и тени насмешки, только какое-то мягкое одобрение.