Развод. Прошла любовь, завяли помидоры - Элен Блио Страница 23

— Это… это Флер наркотик.

— Боже, боже, боже, как шикарно, изысканно, бесподобно, как и вы. Да, если он будет предлагать вам жениться – соглашайтесь не задумываясь! Шикарный мужик. Моё воспитание.

— Но… он женат?

— Да? Мerde (дерьмо).Я забыла. Память девичья. Я побежала. – она тычет мне в грудь наманикюренным пальчиком, ого, какой оттенок розового, я тоже хочу! – Нам обязательно надо увидеться и поболтать! У меня нерастраченный ресурс коммуникации. И ты мне понравилась.

— Вы мне тоже.

Мадам выходит из квартиры завернувшись в палантин, мурлыкая что-то себе под нос минует лифт и выходит на лестницу.

— Моя невероятная grand-mère – бабушка, очень рад, что вы встретились.

— Да, я тоже…

— Ты всё-таки решила прийти?

— Я? Да… – смотрю на шикарного мужика, которому сдуру предложила себя в качестве любовницы и не понимаю, что я тут делаю.

— Проходи, до пятницы я совершенно свободен.

Он свободен? Он же женат? А я?

Что я тут… Господи, Полина!

— Где твой сын? – совершенно не помню переходили мы на «ты» или нет, но сейчас мне пофигу.

— Он у матери. Наверное. – сомнение в голосе Харди мне совсем не нравится.

— Наверное? Звони ему, немедленно!

— Иначе что? – поднимает бровь, а мне хочется долбануть ему хорошенько.

— Иначе всё! Полицию вызову.

— В смысле?

— В коромысле! У меня дочь пропала.

Неожиданно горло сводит спазм, я издаю то ли всхлип, то ли рваный стон, закрываю рот рукой.

— Спокойно! Спокойно! Только не рыдать. Сейчас я всё сделаю, мы её найдём.

Он хватает меня за руку, заводит в квартиру, усаживает на какой-то мягкий пуфик, откуда-то появляется бокал непонятно с чем.

— Выпей.

Приказывает.

А сам достаёт телефон.

— Алло, Артём, ты где? Полина с тобой? Что?

Мне кажется, что в его голосе звучит что-то очень странное, похожее на панику. Я залпом глотаю то, что было в бокале и судорожно пытаюсь схватить воздух, потому что горло моё горит как в огне, и из глаз брызжут слёзы.

Алекс смотрит на меня недоуменно, берёт бокал.

— Едрить колотить… ну, бабуля!

— А-а-а… – пытаюсь дать понять, что мне нужна вода, иначе я просто сдохну.

Харди тут же мгновенно вылетает из холла, потом влетает обратно со стаканом, надеюсь, воды.

— Пей.

Пью. Глотаю слезы, горло жжёт. А по телу растекается жаркая алкогольная нега. Ну пипец, приплыли.

— Что… что это было?

Догадки одна за другой лезут в голову. Французский коньяк? Возможно. Хотя коньяк я пробовала, такого эффекта не припомню.

— Бабуля бадяжит настойку на коньяке. Хрен знает что она туда добавляет, но…

— Хрен точно.

— Говорит, повышает либидо.

— Что?

— И фертильность.

Вот этого мне только не хватало!

Либидо и фертильности! При разводе самое-то!

— Где… где Полина?

— Идти сможешь?

— Да.

— Тогда поехали.

— Куда?

— Полину забирать.

— Откуда?

— От верблюда, – говорит Харди нагло ухмыляясь.

Этого мне только не хватало!

Где моя дочь?

Встаю и сразу падаю, на грудь Харди. Она у него такая… м-м-м… такая… стальная! Не соображая, что делаю кладу ладонь на выпуклость и сжимаю. Грудь эту самую сжимаю.

О, Господи…

По ходу я пьяная.