Интим предлагать! - Ана Сакру,Анна Белинская Страница 24

Он про что вообще? Про очередь? Какую?!

«Твоя… очередь…» — тупо повторяю про себя его слова, медленно и с чувством облизывая взглядом мужской торс от пупка и выше. Идеальный… Нет. Идеально-сексуальный… Божечки!

Я раньше читала в любовных романах про мокрые трусики и каждый раз закатывала глаза, надеясь, что это просто художественное преувеличение, а не недержание мочи у героини в достаточно юном возрасте. Но сейчас я чувствую, как между моих ног постыдно полыхает, а белье и правда подозрительно влажное…

Надо же.

Сделав над собой нечеловеческое усилие, отрываюсь от созерцания грудной клетки Руслана, покрытой короткой темной порослью, и поднимаю глаза на его лицо.

Встречаемся взглядами.

Так о чем он там?

Очередь… Очередь… Надо раздеться, да?

Я как-то так сразу не готова…

В его карих глазах плещется ожидание и нетерпеливый интерес. А я чувствую себя той самой героиней любовного романа. Беспомощной и счастливой обладательницей тела, способного предать меня на каждом шагу. В полной прострации тихонечко вздыхаю и, скрестив руки, медленно тяну футболку вверх, смотря своему идеалити в глаза.

У него по крепкой шее проезжается кадык. Зрачки расширяются.

— Анют, Дженга, — хрипит.

О, че-е-ерт!

Дженга, очередь!

Ужас, как стыдно!

— Да жарко просто, — бормочу, жмурясь до слез, — но я потерплю. Все нормально.

Кидаюсь тянуть брусок, но пальцы так дрожат, что чудом не заваливаю всю башню. Спасает то, что мы только начали играть, и она еще достаточно крепкая.

Сжимаю дощечку в ладони, а по телу так и бродят жаркие волны, напоминающие приливы. И в голову мне закрадывается догадка, что и чай был не самый простой. Пакетики незнакомые, все на китайском. От этих мыслей испарина выступает на коже.

Если меня так от одного чая повело, то что же с моим идеалити?!

Кошусь на Руслана, а он кивает на брусок.

— Читай давай, — улыбается.

А у самого взгляд пьяный. Красные возбужденные пятна украшают лицо и шею. И кончики ушей заметно горят. Мощная грудная клетка вздымается быстро и опадает глубоко. Рука будто случайно прикрывает пах. Смуглая кожа блестит испариной, и от него будто жар расходится облаком.

Ой-й-й…. Кошмар! Лишь бы не инфаркт!

У моего дедушки, когда от сердца помер, тоже уши от прилива крови фиолетовые были.

Сглотнув, читаю задание.

— Сделайте массаж той части тела, которую считаете у другого игрока… с-самой к-красивой, — я даже заикаюсь под конец.

Руслан издает нервный смешок.

— Вот это я удачно разделся, — бормочет.

Поднимаю на него беспомощный взгляд, отрываясь от бруска. Молчим, уставившись друг на друга. И воздух словно потрескивает и одновременно плотнеет.

— Ну, какую часть тела подставлять? — он вроде бы насмешливо это говорит, как общался и до этого, но карие глаза смотрят хмельно и пристально, невольно создавая подтекст. От которого сама пьянею.

— Эм… Знаешь, у тебя красивая голова, — прочищаю сухое горло.

— Голова? — Руслан выгибает бровь.

— Да, сделаю тебе массаж головы, не против?

— Только «за». Как мне сесть?

— Так и сиди! — я вскакиваю с матраса и юркаю за прилавок.

Приношу оттуда раскладной стул. Ставлю его за спиной Руслана и сажусь, широко расставив ноги. Так, что бедрами «обнимаю» его плечи. В его поле жарко. Я чувствую запах его кожи. Солоноватый, пряный, очень мужской.