Асины журавли - Елена Чумакова Страница 24

На Ляпинском подворье молодая баба развешивала выстиранное белье. В свете заходящего солнца окна в доме, рубахи и полотенца казались нежно-алыми.

— Доброго здоровьечка, Агаша, – окликнул ее Захар.

— Ой, Захар Степанович, – обернулась баба, – я и не слыхала, как вы подошли. И вам не хворать.

— Сам-то дома?

— Да, только возвернулся. Устал, однако, в баньку ополоснуться пошел. Печь клали, так весь в глине перепачкался, – доброжелательно улыбнулась Агафья. – А вам на что он?

— Да вот, барыня дом поставить решила в нашей слободе, ищет работников, – важно ответил Захар и украдкой подмигнул Асе.

— Сейчас, я мигом… А вы проходьте, присядьте пока на скамейку.

Агаша бросила корзину с неразвешенным бельем и побежала в баньку.

— Да ты не беги так, тебе ж нельзя. Мы подождем.

Тут только Ася заметила слегка обозначившийся живот бабы.

— Это жена Маркела, – пояснил Захар. Ученица моя бывшая, славная, смышленая. Хорошую жену себе взял Ляпин.

— Из наших, слободских? Чья такая будет?

— Наша, Фроловых дочка.

Семью Фроловых Ася вспомнила, но Агаша в то время была слишком мала, чтобы ей запомниться.

Из бани следом за Агафьей вышел молодой мужик в ситцевой косоворотке. Ася помнила своего дружка рослым бойким парнишкой с выгоревшими до цвета соломы волосами и рыжими конопушками на облупленном носу. Теперь же ей навстречу шел жилистый мужчина среднего роста с русыми волосами и короткой бородкой. Взгляд настороженный, чуть исподлобья. От прежнего Маркехи только веснушки остались неизменными.

Ася хотела немного поморочить Маркелу голову, не признаваясь, кто она такая, но он узнал ее почти сразу:

— Да неужто Аська Севастьянова объявилась? Вот так барыня! А и впрямь как барынька разряжена.

Ася рассмеялась, протянула ему обе руки. Он взял ее за руки, развел их в стороны, потом повернул гостью кругом, разглядывая с ног до головы, словно диковинную вещицу.

— Аська-то Аська, да только уже не Севастьянова, а Бартошевская, – уточнила гостья.

— Ну да, слыхал, что замуж за циркача вышла. Выходит, цирк выгодное дельце? Вон какая кралечка стала.

— Да я давно уж из цирка сбежала, теперь певицей заделалась, в театрах пою, по всей России с концертами езжу.

— Постой… Анастасия Бартошевская… Так это ты, что ли? У меня же граммофонная пластинка есть, неужто твоя?

Маркел бросился в дом, распахнул окно, и через минуту послышался шорох граммофона и поплыл Асин голос:

Золотым кольцом сковали мою молодость, друзья.

Замуж вышла не любя, силой выдали меня…

Маркел показался на крыльце уже в белой вышитой косоворотке.

— А ну-ка, жена, накрывай на стол. Такие гости у нас!

Агафья, до сих пор растерянно наблюдавшая за всем происходящим, засуетилась.

В избе было чисто, прибрано. С киота в мерцающем свете лампады смотрели лики святых. Маркел занялся самоваром. На стол легла белая вышитая скатерть.

— Уж чем Бог послал… Не ждали мы гостей сегодня, – оправдывалась хозяйка, выставляя на скатерть блюдо с баранками, миску с моченой брусникой, сахарницу с колотыми кусками сахара.

За окошками быстро стемнело, зажгли керосиновую лампу под абажуром, и это добавляло уюта застолью. За чаем от воспоминаний перешли к делу. Узнав, что именно планируют строить гости, Маркел засомневался:

— Каменный дом-то, оно, конечно, хорошо, только мы ведь все больше по избам да печам. А тут проект, чертежи да расчеты нужны. Найдете толкового инженера, который стройкой руководить будет, – возьмемся. А без инженера нет, не получится. У меня народ мастеровитый, надежный, но инженерному делу не обученный. А найдете – я тебе, Аська, такой дом отгрохаю – всей округе на зависть. С оштукатуренными стенами, с изразцовыми печами… Лучше барской усадьбы! Все другие заказы отодвину и отгрохаю.