Сердце падшего короля - Кэтрин Болфинч Страница 24

Глава 6. Лола

Два часа назад

Казалось, все слезы, которых до этого не было, решили найти выход именно сегодня. Они обжигали щеки, пока подруга поправляла мои волосы.

— Не думаю, что Лукас оценит твои красные глаза, – заметила Моника, встав около меня. Я осмотрела красное короткое платье с декольте, из которого выглядывала грудь, светлые волосы спадали на спину в полном хаосе, будто она только что попала под ураганный ветер, но для Моники это естественное положение вещей. После того как ее уволили из крупной фирмы, по ее словам, где-то в Штатах, она переехала сюда в попытке найти счастье. Получалось так себе. Примерно так же, как у меня. Иногда Моника танцевала в том же баре, но не ради удовольствия, а ради денег. Я не осуждала ее. Хотя знала, что Лукас терпеть ее не мог. И она – единственный гость, которого пригласила на свадьбу я.

— Не думаю, что ему есть до этого дело, – прошептала я, теребя в руках салфетку, которой вытирала слезы.

— Зато он красив, богат и… – она задумчиво уставилась в потолок, прикусив губу.

И может убить.

Впрочем, ей нельзя этого знать, поэтому я промолчала, поднялась, отрываясь от ее проворных пальцев, и подошла к окну.

Возможно, я бы назвала это свадьбой мечты, если бы все сложилось по-другому. Все-таки мама постаралась на славу, подбирая декорации к этому празднику лжи и лицемерия: белые лилии, розы и гортензии, круглая арка, украшенная цветами и зелеными ветвями эвкалипта, скамейки с гипюровыми лентами и бантами, дорожка к арке. Все выглядело в точности как вырезка из свадебного журнала для людей с высоким достатком.

Сейчас я ненавидела белый цвет сильнее, чем прежде. И сейчас я ненавидела Лукаса сильнее, чем прежде, потому что наблюдала за тем, как легко он прохаживался вокруг декораций, дымя сигаретой. Я не хотела смотреть на него, но не могла отвести от него взгляда.

Все внутри меня так сильно противилось свадьбе, что я запросто бы самовоспламенилась, если бы это было возможно.

— Пора делать макияж, Лола, – отвлекла Моника, потянув меня за руку к туалетному столику. Я подчинилась. Выбора мне все равно никто не оставил.

В следующий раз я заплакала, когда отец без стука вошел в комнату, объявив о том, что пора выходить.

Моника благоразумно отошла в сторону. Отец встал напротив меня, разглядывая так пристально, будто я была куском мяса на прилавке. Стало тошно. Желудок скрутило, я даже думала, что меня вырвет, что отравляющая желчь все же выберется наружу, но на чувстве тошноты все и закончилось.

— Не противься, Лола, все уже решено, – проговорил отец. Я всхлипнула, обхватывая его толстое предплечье.

Я не могла выйти за Лукаса. Это не правда. Это просто дурной сон.

Я должна проснуться.

Отец потянул меня за собой, а я замерла, не находя в себе сил сделать хотя бы шаг.

— Нет, нет, нет, – повторяла я, пока слезы смывали свежий макияж. Они все никак не останавливались, я цеплялась за руку отца, едва держась на ногах.