Следующая цель – твое сердце - Нетта Хайд Страница 241

— Как ты тогда хочешь найти эти доказательства, если все настолько серьезно и сложно?

— Он просчитается. У него проблемы со здоровьем, которые в скором времени будут давать сбои в его памяти. Препараты не будут на сто процентов помогать, соответственно, я уверен, что он допустит ошибку, оставит какую-то подсказку, которая приведет меня к тому, что мне нужно найти.

«Так вот она, причина, его провалов в памяти и того, почему он называл меня другими именами, хотя прекрасно знает, кто я такая».

— Ты так уверен в этом?

— Как я, по-твоему, нашел предыдущие десять? – хмыкает, поворачиваясь ко мне.

— Это было недавно, – догадываюсь, учитывая новость о здоровье Каттанео.

— Да, предыдущие годы он не до конца доверял новому работнику, мне приходилось делать такие вещи, о которых я не хочу тебе говорить.

— Ты убивал?

Он молчит, а я понимаю, что ответ на мой вопрос не будет отрицательным. Для того, чтобы работать на такого ублюдка, как Джеймс, нужно делать отвратительные вещи, так что мне в некоторой степени повезло оказаться всего лишь его переводчиком.

— Я кое-что увидела в этом доме, – начинаю и тут же замолкаю.

— Что?

— Фотографию с папой, Джеймсом и другими «людьми», – почему-то решаю умолчать о своем насильнике. – Думаешь, папа занимался такими же вещами, как и они?

— Нет. Это сложно и очень запутанно. Папа был внедрен к ним, у него были все эти доказательства, которые так нужны, но он доверил их не тому человеку, из-за чего произошло то, что произошло. Но Джеймсу было недостаточно его смерти, в качестве наказания за ошибку, и он решил избавиться от всех: тебя, мамы, Миды и меня.

— Но произошло две осечки, – намекаю на неудавшуюся попытку убить нас и немного успокаиваюсь от того, что он сказал о папе.

— Именно, – подтверждает он. – К слову, на фотографии, которую ты видела, единственный живой человек на сегодняшний день – Джеймс Каттанео. Но это временно.

— Он знает, кто я такая.

— Да. Думаю, он с самого начала знал и дал задание Хантеру выяснить причину твоего появления или устранить.

— Как думаешь, Хантер тоже знает? – спрашиваю, чувствуя внутреннее напряжение. Я не хочу получить утвердительных ответ на этот вопрос. Ведь если это так, то все, что между нами было, на самом деле, оказалось хитровыдуманной игрой двух героев без шанса на что-то нормальное.

— Это ты мне скажи, Тея, – улыбается Коннал, поворачиваясь ко мне.

«А что я могу сказать? За все время не было ни единого намека на то, что он знает о том, что со мной делали. Даже его вопросы о шрамах говорили о том, что он не знает. Или он настолько хорошо играл свою роль, а я допустила ошибку, доверившись ему».

–Я уверен, максимум, что он знает – это то, что ты дочь – предателя. Если ты, конечно, не выдала ему никаких подробностей из твоего прошлого, – говорит Коннал, так и не дождавшись моего ответа.

— Нет конечно, на любую его попытку узнать что-то обо мне и моем прошлом, я давала около десяти ответов, которые меняли его интерес в другую сторону.

— Вот этих подробностей не нужно, – он отрицательно качает головой, слегка улыбаясь.

Когда мы оказываемся у дома Дженни, я влетаю к ней и делаю все, согласно инструкции: меняю свою одежду на платье, делаю глоток водки для легкого перегара, фотографии того, как мы отдыхаем и оставляю свои «ценности» у нее, сообщив, что потом все заберу.