Свёкр с Кавказа. Десять уроков любви - Алекс Стар Страница 28

Его породистый нос… Его губы…

Сейчас он раздавит, сожрёт меня…

Я готова…

Закрываю глаза…

И тут чувствую, как его губы жёстко и требовательно раздвигают мои.

Я издаю тихий сдавленный стон, моё тело превращается в тающий мягкий воск под его жёсткими стальными пальцами, когда он прижимает моё тело к своему стальному прессу, когда его язык раздвигает мои полусомкнутые зубы и врывается в мой ротик.

Я задыхаюсь от дикого необузданного счастья, которое вдруг накрывает меня с головой…

Умар больно и сладко одновременно кусает меня за губки, его язык трахает меня прямо в рот, а вторая рука уже задирает подол моего развратного платья, обнажает мою попку, стискивает её…

Длинные гибкие пальцы пробираются между двух сочных половинок, словно хотят разломить меня пополам…

— Я накажу тебя… Дрянная дерзкая девчонка… — рычит Умар, отрывая свои губы от моих губ. — Жестоко… Ты думаешь, можешь делать всё, что захочешь?! — глухо бормочет он, и вот уже резко разворачивает меня к себе спиной, грубо, нетерпеливо толкает меня вперёд, и я лечу в ворох шёлковых смятых простыней…

Пропитанных насквозь его терпким ароматом…

Задыхаюсь в нём… Вся теку…

Упираюсь грудью и животиком в матрас…

А мой свёкр тем временем крепко берёт меня обеими руками за бёдра и притягивает резким сильным рывком к себе, и я вдруг чувствую, как что-то обжигающе-горячее и нежное, как шёлк, касается моих влажных припухших губок…

— Вот так… — с глухим стоном вдруг неожиданно входит он в меня сзади, скользит в моей тесной дырочке, и я чувствую острое наслаждение, огненные мурашки, которые начинают покалывать всё моё тело.

Моя попка впечатывается в его стальной, покрытый густой шерстью пах, он вошёл в меня целиком, на всю длину своего огромного невероятного члена, и я никогда никого так не хотела в своей жизни…

Я хочу, чтобы он так трахал меня вечно…

Он медленно, с оттяжкой, выходит из моей влажной пульсирующей от сладкой истомы киски, всё ещё крепко сжимая мои бёдра в свои ладонях, и вот уже с бешеной силой и яростью снова входит, обрушивается в меня, и я чувствую лёгкий шлепок его мошонки по своей голой распалённой попке…

— Вот так… Дрянная девчонка… — хрипло рычит Умар, и вот он уже одной рукой наматывает мои волосы на кулак и оттягивает назад мою голову, пока его член продолжает трахать и трахать меня…

Так сладко и так ненасытно…

Он словно заполнил меня всю изнутри собой целиком.

Он словно знает волшебную кнопочку внутри меня, нажимает на неё…

И я вдруг взрываюсь миллиардом мельчайших кусочков…

Умираю в его грубых и одновременно нежных объятиях…

Я больше ничего не слышу и не вижу вокруг, потому что в моём теле разорвался алый огненный шар, который пульсирует во мне, растекается сладкой патокой, не даёт вздохнуть…

Всё моё тело — это сплошное сладкое наслаждение, в котором я захлёбываюсь и тону, пока мой свёкр продолжает трахать и трахать меня, и я слышу только его хриплый рык за спиной:

— Вот так… Накажу тебя, маленькая дрянь… Накажу тебя, сладкая сучка…

И я понимаю, что это самое вкусное и сладкое наказание в моей жизни…

Хочу, чтобы он никогда не останавливался.

Но Умар вдруг замирает, всё его тело вдруг становится жёстким и твёрдым, как кусок раскалённого металла, и вот всё моё лоно наполняется его горячим жгучим семенем, пока он, всё ещё продолжая оттягивать меня за волосы назад, слегка покачивая бедрами, бормочет: