Барби на полставки. Я (не) робот босс - Евгения Кец,Екатерина Баженова Страница 29

— Не подумал об этом, прости, Сень.

— Да ты вообще никогда не думаешь о таких вещах. Короче, лицо моё, фиг с ним, но пусть она тогда будет чуток человечнее, что ли.

Замолкаю, услышав шаги за дверью.

Успеваю встать и спрятаться за короб Евы, когда они открывают дверь в подсобку.

— Ладно, — раздаётся голос Алёны. — Выходи.

— Надо включить её, — поясняет Яровой. — Сзади, на шее есть кнопка.

Жду, когда Ева запустится и скажет, что-нибудь. Мне прямо любопытно, что брательник на этот раз придумает. Сделал же он ей функцию «зевание».

— Чем могу служить, хозяин? — раздаётся мой же голос.

Вздёргиваю брови и чуть не хрюкаю от смеха. Зато вот брат ржёт как конь.

— Сеня, ты бы видела лицо Ярового. Он, кажется, думает, что это снова ты. А-ха-ха.

Хотела бы я видеть, что видел брат через камеру на груди Евы.

— А Алёна эта в бешенстве. Наверное, шеф твой снова её опрокинул.

— Что? — спрашиваю я, как только остаюсь в подсобке одна. — Как это опрокинул?

— Я здесь покопался немного в биографии Ярового.

— Ты ли?

— Ну я, — бурчит Димка. — Да какая разница? Просто интересно стало.

— И что узнали?

— У этой Алёны папашка там, — продолжает Дима, — оч крутой дядя, а ещё он явно криминальный авторитет. Держит всех за… ну, ты поняла, в общем. Дочка типа с ним не общается, а твой шеф её под крыло взял.

— Ну взял и взял. А с чего вы решили, что он её опрокинул? Как по мне, так у них всё было.

— Газеты тоже так писали, но потом говорили, что Яровой не встречается со своими сотрудницами. У него там жёсткие правила. И Алёна подтвердила позже, что у них нет никаких отношений.

— Соврала, — фыркаю. — Что-то между ними точно было.

— Не, — усмехается брат, — ща я те ссылку перешлю, зайдёшь и глянешь, что на камере Евы видно.

Выуживаю телефон из саркофага и включаю трансляцию.

Вот это да…

Яровой по всей гостиной мечется от Алёны, а эта ненормальная преследует его. По-другому это нельзя назвать. А что Ева делает?

Внизу видео замечаю, что андроид что-то держит в руках.

— Какое задание у Евы? — спрашиваю у брата.

— Алёна решила, что из моего андроида можно официантку сделать, — бурчит он.

— И как?

— Сейчас увидишь, — зло усмехается Сёма.

Кажется, в ход пойдут те самые удалённые команды.

Ева приподнимает поднос и бодрым, насколько это возможно, шагом идёт к Алёне. Оу, это будет жёстко.

— Желаете ещё вина? — спрашивает Ева моим голосом, а я передёргиваю плечами, жутко это всё.

— Я б... а, налей мне, — смеётся Алёна.

— Принято. Команда облей меня. Исполнение.

Что?

Но я даже не успеваю удивиться, как Ева берёт бутылку и переворачивает её прямо на голову Алёне.

— Нам крышка… — шепчу в микрофон.

— Она первая начала, — злорадствует брат.

— Страшный ты человек, Сёмушка. Константин Эдуардович за это по головке не погладит.

— Тихо, они идут к тебе.

Хотя предупреждение брата мне и не нужно. Вопли Алёны слышу и так. Дверь открывается. Слышу, как Ева заходит в саркофаг. А потом вопли этой сумасшедшей продолжаются уже в коридоре.

— На кой хрен ты это сделал? — шиплю в микрофон.

— Пусть знает, что нельзя обижать тех, кто ответить не может, — всё ещё злорадствует брательник.

— Дурак ты, Сёма, нам надо убедить её в том, что Ева готова к презентации, а ты срываешь план. Ладно, в этот раз я пойду.

— Чтобы она тебя унижала? Пусть Ева идёт.