Сердце в оковах - Кэтрин Болфинч Страница 29

Мне было скучно. Я давно не оказывался в ситуациях, когда не мог делать никаких привычных вещей: пойти на пробежку, окунуться в книгу, поработать. Хотя моя работа после возвращения Лукаса сводилась к тому, чтобы отслеживать перемещения нашего товара. Это сложно назвать полноценной работой, я делал это скорее из-за чувства долга перед семьей. Хоть какой-то вклад я должен внести в наследие фамилии Санчес.

Я устало откинулся на подушки, прикрыл глаза. Даже в таком состоянии сон не шел, будто окончательно обиделся на меня и исчез, оставив прозябать в реальности.

Дверь вдруг открылась, в проеме появилось растерянное лицо Марго… или Амели. Черт ее разберет. А потом девушка снова исчезла в коридоре. Я едва не рассмеялся, как тихо она все это провернула. Как призрак.

Разве я мог промолчать? Разве мог отпустить ее сейчас, когда знал, что Вито в доме нет?

Конечно, не мог.

Ее улыбка, как и при первой встрече, обожгла холодом. Держу пари, на ушибленные участки тела не понадобилось бы прикладывать лед – хватило бы ехидно искривленных губ.

Я едва не рассмеялся от абсурда, когда она захлопнула за собой дверь. Марго никогда не была такой. Амели же холодная, колючая, едкая, самая настоящая Снежная королева, но почему-то на юге Италии.

Если бы в Палермо вдруг выпал снег, винить в этом стоило бы Амели Скальфаро, потому что в тот момент она стала бы абсолютно искренна.

Я уставился на темное дерево двери, гадая, пойти ли за ней. Стоило ли пугать ее еще больше? Стоило ли влезать в ее жизнь с эгоистичным желанием перевернуть все вверх дном?

Уже этим вечером я понял, что стоило.

Вито вернулся ровно к ужину, на который пригласили и меня. Об этом оповестила пожилая домоправительница, заглянувшая в комнату, когда мне хотелось кричать от скуки.

Я спустился вниз, разгладив перед выходом складки на черной рубашке и брюках. В небольшой столовой во главе стола уже сидел Вито, рядом с ним примостилась Амели, неуверенно уткнувшись взглядом в тарелку. Я, как и в прошлый раз, оказался напротив нее. Только теперь ее голубые глаза не прожигали насквозь. Она не смотрела на меня вообще.

— Спасибо за приглашение, – проговорил я, обращаясь к хозяину дома. Вито снисходительно улыбнулся.

— За причиненные неудобства всегда нужно платить, верно? – наигранно усмехнулся он. – Ты мой гость, Адам, а семья Скальфаро всегда славилась гостеприимством. – Да, каждый член этой семьи гостеприимно мог всадить пулю в лоб и пожертвовать место, в лучшем случае на кладбище, но обычно в бетоне или где-нибудь на костре в лесу. Я улыбнулся в ответ и поднял бокал. Мышцы все еще ломило, а по пути к ужину пришлось несколько раз поправлять бинты под коленями.

Жаль, что ублюдкам уже досталось. Мне бы хотелось лично подпортить им жизнь.

— Как скоро планируешь уехать? – спросил Вито, отпивая белое вино. Я покачал головой.

Пока не получу ответы.

Глаза сами по себе нашли Амели, которая, будто почувствовав взгляд, подняла голову и нахмурилась.

— Думаю, дома меня никто не ждет, – отозвался я, надеясь усыпить его бдительность. – Признаться, самочувствие все еще паршивое, так что я воспользуюсь твоей гостеприимностью и немного приду в себя, а еще скоро в вашем театре будет премьера, я бы не прочь задержаться ради нее. – Конечно, это ложь. Я даже не заглядывал в театральную программу.