Отец жениха. Будешь моей - Татьяна Бэк Страница 29

Глава 22

Какая же я дура! О чём я только думала?!

Если бы могла, сейчас бы сама себя ударила, только вот как это сделать со связанными за спиной руками, лёжа на заднем сидении авто… Поэтому со злостью впиваюсь зубами в кожаную обивку огромного чёрного джипа, в который меня запихнули два здоровенных страшных неандертальца, больше похожие на обезьян, чем людей. Сперва я вырывалась и кричала, одному даже зарядила пяткой куда-то в область уха, когда меня заталкивали внутрь, но получила в солнечное сплетение такой удар, что нормально дышать могу лишь сейчас, а прошло уже минут десять.

— Ну что, брателло, мож, прям тут девку распишем на двоих, коль она угомонилась! – ржёт тот урод, что сидит на водительском. Именно он меня и ударил, при этом улыбаясь с садистским заинтересованным блеском в глазах, радостно следя как я сгибаюсь и стону от боли.

— Успеется! Что тебе так горит? Надо сперва расспросить малышку, кто такая, что делала в ночи на дороге. Ты хоть знаешь, у чьего дома мы её подобрали? – с ленцой и раздражением отвечает второй.

— Марат, да мне вообще похую, чей это дом! Ты гляди, какая малышка сладкая! – вновь гыгыкает садист, а затем на мою ягодицу ложится его ладонь, поглаживает бедро. – Тощая слишком, но задница отличная, надеюсь, рабочая!

От этих слов, грязных прикосновений и приторно-сладкого запаха, исходящего от наполированных чехлов, к горлу подступает тошнота. Судорожно хватаю ртом воздух и смаргиваю слёзы, ощущая едкую горечь.

— Эта сука сейчас весь салон заблюёт походу! – со злостью орёт водитель, резко останавливаю тачку так, что чуть не скатываюсь с сиденья. – Волоки её на улицу, хрена клювом щёлкаешь? Иначе сам руками за ней убирать будешь!

Судя по манере разговаривать и тому, с какой поспешностью пассажир выскакивает из авто, этот мужик по имени Марат тут явно главный. Нужно запомнить это на всякий случай.

Дверь возле моей головы распахивается, и в салон проникает прохладный воздух, который для меня словно целебный бальзам. Резким рывком меня буквально выбрасывают на улицу прямо в грязную лужу. Я не верю своему счастью, может, похитители решили оставить меня здесь в приступе брезгливости? На всякий случай имитирую рвотные позывы, хотя тошнота на свежем воздухе прошла словно по мановению волшебной палочки. Сейчас я уверена, что уж лучше ночью в лесу, чем в одной машине с этими ублюдками.

«Дура, дура, непроходимая дура, идиотка!» – вновь мысленно ору на саму себя.

И ведь самое страшное, что и искать меня никто не будет. Матери плевать, где я, а Сергей прочитает с утра мою записку, нахмурит густые брови, скомкает бумажку и вышвырнет в корзину, а затем просто, скорее всего, сотрёт меня из своей памяти.

— Ну что проблевалась? – хрипит надо мной садист, а потом вдруг резко хватает за волосы, с силой дёргая вверх. Вскакивая на трясущихся ногах, чувствуя, как от боли по лицу катятся крупные слёзы.

— Мелкий, не вздумай её обратно в салон засовывать, она же грязная! Я за химчистку сегодня столько бабла отвалил! – кричит со своего сиденья закуривший Марат. – Лучше в багажник запихни, ей там самое место.

Ясно, эти двое, судя по всему, братья, отсюда такая схожесть, а я-то думала, что просто два урода… Надо же, я сейчас даже иронизировать способна, а недавно чуть не позволила Нику меня задушить. Откуда только берётся это присутствие духа и холодный подход к тому, как спасти свою честь и жизнь? Кажется, после того, что произошло между мной и Сергеем, внутри меня словно что-то щёлкнуло. Будто в сером мутном сумраке зажглась яркая лампочка, дарящая тепло, свет и веру в собственные силы.