Измена. Мне не нужна клуша - Мила Реброва Страница 30

Я смотрела на него широко распахнутыми глазами, чувствуя, как дрожь пробегает по телу.

— Почему ты не сказал раньше? Почему только сейчас?

— Потому что только сейчас я наконец перестал бояться. Я испугался тогда, что чувства к тебе сделают меня слабым, что я не смогу стать кем-то значимым. И знаешь, что самое смешное? Я добился всего, о чём мечтал, но всё это не имеет никакого смысла без тебя и Алёши.

Я сделала шаг назад, упираясь в кухонный стол, стараясь справиться с нахлынувшими чувствами.

— Ян… я не могу просто так поверить тебе снова…

— Я и не прошу тебя просто так поверить, — его голос звучал мягко и уверенно. — Я прошу только дать мне шанс. Я хочу доказать, что больше не причиню тебе боли. Я хочу быть рядом с тобой и нашим сыном. Я хочу снова стать семьёй, если ты позволишь мне это сделать.

Он осторожно прикоснулся к моей руке, и его ладонь была тёплой, настоящей, такой знакомой, что у меня перехватило дыхание.

— Позволь мне, Олесь. Позволь мне доказать, что я стал другим человеком. Что я достоин вас обоих.

Я смотрела в его глаза, такие знакомые и одновременно новые — полные искренности, раскаяния и надежды.

— Ян, я не знаю… Мне страшно снова поверить тебе.

— Я знаю, родная, — тихо сказал он, и от этого простого слова что-то внутри меня больно и сладко дрогнуло. — Но я буду рядом столько, сколько понадобится, чтобы ты снова смогла довериться мне. Ты только позволь мне быть рядом. Позволь мне быть отцом нашему сыну и, если сможешь… мужчиной, которого ты когда-то любила.

И я молчала, не смея признаться даже самой себе, что именно сейчас, в этот момент, больше всего на свете я хотела просто броситься в его объятия и поверить, что всё действительно может стать хорошо.

Олеся

Погода выдалась солнечная, и парк был наполнен звонкими голосами детей. Я шла рядом с Яном и Алёшей, стараясь казаться спокойной, хотя внутри всё сжималось от непонятной тревоги. Ян выглядел непривычно расслабленным, в простой футболке и джинсах, совсем не похожий на строгого бизнесмена, которого я привыкла видеть в последнее время. Рядом с ним Алёша казался ещё меньше и милее, с горящими от восторга глазами, он крепко держал руку отца, периодически поднимая взгляд вверх, словно проверяя, что папа и правда рядом.

— Пап, а ты правда в детстве на деревья лазил? — спросил вдруг Алёша, внимательно глядя на отца.

Ян улыбнулся, тепло и открыто, как я помнила ещё со времён нашей юности.

— Конечно лазил. И даже падал пару раз.

Алёша широко открыл глаза и восхищённо выдохнул:

— А ты не боялся?

— Боялся, — честно ответил Ян, присев перед ним на корточки. — Но иногда надо перебороть страх, чтобы сделать что-то важное.

Алёша задумчиво нахмурился, а потом решительно протянул руки:

— Тогда покатай меня на плечах, как другие папы катают.

Сердце моё екнуло. Я не ожидала такой просьбы и уже хотела вмешаться, но Ян опередил меня:

— Запросто! Держись крепче, чемпион!

Он легко поднял сына и посадил себе на плечи. Алёша засмеялся и вцепился в его волосы, а Ян притворно взвыл, изображая, что ему больно. Я невольно улыбнулась, чувствуя, как напряжение медленно отпускает меня.

— Мам, смотри, я самый высокий! — громко сообщил сын, размахивая руками, и его голос звенел от счастья.

Ян посмотрел на меня, и наши взгляды встретились. На мгновение мы замерли, не в силах отвести глаз друг от друга. В его взгляде было столько тепла и осторожной нежности, что я почувствовала, как щёки начинают предательски краснеть.