Няня для дочки отшельника - Аня Вьёри Страница 31

Что творится?

Куда я попала?

Что происходит?

И вдруг чувствую на себе взгляд.

— Лиза! – шепчу.

Маленький, растерянный ребенок смотрит на меня, словно брошенный котенок.

— Иди сюда, малышка, – распахиваю объятья, сползаю вниз по стенке.

Она шмыгает носом и несмело делает шаг вперед.

— Моя ты кошечка, – прижимаю к себе ее хрупкое тельце. – Слушай меня, – произношу уверенно. – Папа очень хороший. Просто он что-то попутал, что-то не так понял. Мы во всем разберемся, и все будет как раньше! Вы будете жить с ним долго и счастливо.

— А ты? – вдруг тихо спрашивает она, а я аж вздрагиваю. – Ты будешь с нами жить?

— Конечно, буду, – отвечаю ей.

А сама думаю, что детям врать нехорошо…

.

Михаил

— Звонки, переписки, мессенджеры! Я не верю, что нет ни одного следа! Этого просто не может быть!

Ору на своих подчиненных, не стесняясь в выражениях.

— Вы пропустили! Я вас всех к чертям собачьим…

Я ждал этого.

Я ждал, что она появится.

Правда, ждал Стефанию лично.

Какой же я был идиот, что просто отпустил ее за границу.

Постфактум оформил развод. Да. На это моего юриста хватило.

Но вот родительские права! Мне даже не пришло в голову, что когда-нибудь Стеф станет для меня угрозой.

Она так не хотела эту дочь! Она не хотела даже думать о материнстве!

Боже, я почти три недели умолял ее не делать аборт! Пообещал все блага мира! Готов был отдать все, что скажет, только бы родила.

Она согласилась.

В день рождения Лизы я перевел на имя жены астрономическую сумму и переписал два независимых бизнеса.

Даже при неумелом управлении этого бы хватило на всю оставшуюся жизнь.

Но…

Но управление должно было быть. Хоть какое-то…

Однако моя, на тот момент уже бывшая, супруга решила, что на нее просто свалилось небо в алмазах.

За шесть лет она спустила все. Все!

Я даже не поверил, когда мне об этом сообщили!

И факт оставался фактом.

Стефанию признали банкротом в той стране, в которой она проживала. И ей срочно стали нужны средства.

Вот тут-то в моей конторе раздался звонок… Недавно. Меньше двух месяцев назад…

Никогда не забуду тот с ней разговор.

Меня до сих пор от него трясет.

— Стеф, я отдал тебе все, что ты хотела. Не моя вина, что у тебя больше ничего нет.

— Ошибаешься, Мишенька, – нараспев, словно пьяным голосом отозвалась бывшая. – У меня есть… У меня есть дочь! Отличный капитал, тебе не кажется?

А дальше в трубке раздался победоносный смех, который я не мог слышать.

В тот же день были подняты все адвокаты, начат сбор всех доказательств…

Мать, которая ни минуты не провела рядом с дочерью… Ни минуты! Уехала сразу из родового!

Но…

Мои спецы только пожимали плечами…

Есть у нашей опеки такое: “Она же мать…”

Да, у меня было много денег и связей, но Стеф не дура. За эти шесть лет она тоже успела обзавестись кое-какими знакомствами.

Содержать ее отказывались, но с судами, как мне намекнули знающие люди, ей вполне могли помочь…

Как мне сказали адвокаты: “Если она сумеет доказать, что ее присутствие благотворно влияет на дочь…Тем более, учитывая, что ребенку под моей опекой была нанесена психологическая травма…”

Нет!

Ни за что!

Никогда!

Я не собирался предоставлять ей такую возможность!

Работал по всем фронтам! Запустил все возможные рычаги.

Я фильтровал всех, кто мог приблизиться к дочери.