Страсть в ее крови - Патриция Мэтьюз Страница 32

Рассказ Ханны привел его в ужас.

— Этот Амос Стритч – мерзавец, первостатейный негодяй! – в ярости воскликнул Вернер. – Нужно заставить его поплатиться за то, что он с вами сделал. Его надо отхлестать кнутом, и я бы сам этим занялся, если бы не слабое здоровье. Я знаю, что у отданных в услужение участь незавидная, но есть закон, наказывающий за жестокое обращение и довольно сурово. Многие отданные в услужение этого не знают. Но я обладаю в Уильямсбурге кое-каким влиянием и сделаю так, чтобы Амос Стритч жестоко заплатил за содеянное!

Первым порывом Ханны было полностью с ним согласиться. Ей бы очень хотелось посмотреть, как наказывают Амоса Стритча. Сама мысль о его страданиях наполняла ее сердце радостью. И все же…

Ханна не могла не заметить интерес Вернера к ее персоне, блеск в его карих глазах, вяло опущенные веки, чувственный изгиб пухлых губ. Хотя опыт общения с мужчинами у нее был крайне невелик, она уже узнала, насколько легко в них воспламенялась страсть при виде красивого женского тела. Она быстро просчитала, что может выиграть от реакции Вернера на свою красоту.

Ханна осторожно спросила:

— И какие же существуют наказания?

— Ну… обычно это штрафы. Иногда суд может наложить на обидчика очень крупный штраф. У него есть на это полномочия. Я сделаю все, чтобы эти полномочия были реализованы в полной мере.

Ханна вспомнила, какие жестокие кулаки у Амоса Стритча. И суд тоже должен больно по нему ударить! Но…

— А что же будет со мной, мистер Вернер? Меня вернут к нему, чтобы я доработала срок по договору?

Вернер сильно удивился.

— Ну да… Думаю, таково будет решение суда, дорогая. Однако полагаю, что вы можете быть уверены, что он и пальцем вас не тронет.

— Нет, только не это! Вы его не знаете. Если меня к нему вернут, я ведь снова убегу. Или убью себя! – Ханна выпрямила спину. Подчиняясь какому-то необъяснимому порыву, она позволила одеялу сползти с груди. На глаза навернулись слезы, которые она была не в силах сдержать. – Пожалуйста, мистер Вернер, неужели нет другого выхода?

— Ну же, дорогая, не стоит так убиваться.

Вернер тронул ее за плечо и отдернул руку, словно коснулся горящих углей. Покраснев, он отвел глаза.

— Я постараюсь что-нибудь придумать.

— Мистер Вернер, а вы можете так устроить, чтобы я отработала по договору здесь? – с нетерпением спросила Ханна. – Я хорошая и прилежная работница. Похоже, у вас в хозяйстве одни только рабы. Возможно, я могла бы работать домоправительницей и присматривать за ними. Если думаете, что это мне доверить нельзя, я могла бы работать на кухне. – Она схватила его за руку и крепко ее сжала. – Я на все согласна, лишь бы не возвращаться в таверну к Стритчу!

Покраснев еще больше, Вернер осторожно высвободил руку.

— Я что-нибудь придумаю, дорогая. Обещаю вам. – Он снова взглянул в ее сторону. – Э-э-э… возможно, вам нужно, э-э-э, прикрыться.

— Простите, сэр. Я не хотела вас смущать. Просто от одной мысли о возращении в то жуткое место, к тому человеку… – Ханна подтянула одеяло, но очень медленно, чтобы он все разглядел. Ей начали нравиться эта игра и это чувство власти. Вернер тяжело дышал. На этот раз он не отвел взгляда, и пот выступил у него на лбу.

— Мистер Вернер?

— Да, дорогая? – вздрогнул он.

— Похоже, я знаю способ. Вы говорите, что его могут крупно оштрафовать, если вы обратитесь в суд. Амос Стритч очень жадный. Если вы пойдете к нему и скажете, что вам известно о его жестоком обращении со мной, то, возможно, вы могли бы пригрозить ему приводом в суд, где ему придется заплатить крупный штраф. Это испугает его гораздо больше, чем угроза избиения, я уверена. Потом если вы… – Ханна в нерешительности умолкла, опустив глаза. – Если вы предложите промолчать об этом взамен на его подпись под передачей договора вам…