Я тебя сломаю - Анастасия Князева Страница 35

Травлю себя доброй порцией табака, а сам прокручиваю тот пиздец, в который превратилась моя жизнь.

Состояние брата стабильно тяжелое. Никаких изменений. Никаких прогнозов. На все мои вопросы врачи только разводят руками. Ждите…

Сука, сколько еще?!

Не знаю, куда себя деть. В больницу уже поздно — к Марку пропустят, но снова всю ночь сидеть под звуки кардиомонитора то еще удовольствие. Это тиканье уже и так въелось под корку, не избавиться. Стоит закрыть глаза, как по мозгам начинает долбить. Домой тоже не хочу. Там мама. Не могу ее видеть… такой.

Один взгляд, и меня коротит. Кроет воспоминаниями.

Мне было пятнадцать, когда отца убили. Его же близкий друг, партнер, член семьи…

Дядя Леша.

Все происходило на моих глазах. Никогда этого не забуду.

В тот день я приехал домой на каникулы. Рвался к отцу, чтобы похвастаться очередной медалью. Представлял, как встану перед ним — гордый, грудь колесом, глаза горят. Как он обнимет меня, скажет, что и так мной гордится. Что я — его сила…

Мечтал.

Но не вышло.

Дома никого не было. Мама с младшими уехала к сестре, прислуга тоже как сквозь землю провалилась. Это потом я узнал, что все было спланировано с самого начала. Алексей знал про мамин отъезд, разогнал служащих — кого деньгами купил, кого просто обманул. Единственный, о ком он не вспомнил — я. Сын своего отца.

Свидетель.

Его будущий палач…

Я похоронил предателя через год. Бесхозная безымянная могила на окраине леса — большее он не заслужил.

Думал отомщу и полегчает. Отпустит. Больше не буду просыпаться в поту. Не вспомню. Но нет…

Не полегчало.

До сих пор не легче.

Мамины слезы не смыть. Ее боль — мое напоминание. Она до сих пор носит траур. Не знает, что ублюдок, убивший ее мужа уже давно в аду.

Она только-только начала приходить в себя. Я почти уговорил ее сменить черное на что-то другое, пускай такое же темное…

Она не успела.

В день, когда я повез ее по магазинам позвонили из больницы.

Марк в коме. Едва дышит. Шансов нет.

Можно ли убить человека дважды? А умереть? Умирать каждый день. Снова и снова. Исчезать на глазах. Я вижу это ежедневно. А единственный человек, который может пролить свет на ситуацию ни черта не помнит…

Дверь за спиной открывается, и я невольно напрягаюсь. По шагам слышу, что это Рустам. Если вышел за мной, значит я застрял надолго. Выбрасываю окурок в ближайшую урну и поворачиваюсь к другу.

— Ты как?

Рус становится рядом. Руки в карманах, взгляд сосредоточенный. Все как всегда.

— Бывало и лучше, — небрежно дергаю плечами. Вопрос риторический. Мы оба на грани, так что притворства нам ни к чему. — Есть информация по Арине?

Уже неделю мою люди караулят ее у дома — на случай, если к ней кто-то придет или может она сама куда-то отправится.

Не верю я в ее внезапное исправление. Так не бывает! Чтобы раз, и другой человек.

Сучье нутро не изменить. Рано или поздно оно все равно проявится.

И тогда я хочу быть рядом.

Она ответит на все мои вопросы. Начиная с того, как и почему появилась в жизни Марка и заканчивая именами тех, кто с ним это сотворил.

— Все по-старому. Выходит только с Мартой. За продуктами либо в парк. Никому не звонит, ей тоже. Лекарства принимает, но пока без прояснений. Сложная она какая-то... Или правда ничего не помнит, или…