Между преданностью и предательством - Шейн Роуз Страница 35

— Если мы это делаем, я не буду жить с вами, – чуть ли не оскалилась она. В ее голубых глазах внезапно вспыхнул огонек ненависти ко мне.

— У меня есть гостевой дом. Полностью изолирован от моего, – сообщил я и поправил пиджак, который мне хотелось уже снять.

— Конечно, есть. У всех здесь есть. – Она закрыла глаза в раздражении. – Я не такая, как вы все, мистер Харди. Я не могу… Я не живу такой же жизнью, как Мелинда и Анастасия, и…

— Не включай меня в этот список, – вмешался Дом, растянув губы в легкой улыбке. Она взглянула на него, и я заметил, как ее взгляд смягчился.

— Дом, ты же понимаешь, насколько это абсурдно, – сказала Эви моему брату.

Тот факт, что они подружились и он смог успокоить ее в этот момент, выводил меня из себя. Выводил, потому что я так не мог.

— Все, что изменится, – твое место жительства и статус. Всего на год, – напомнил я, пресекая ее дальнейшие попытки поговорить с моим братом. Это касалось только меня и ее. – Живи своей жизнью. Мы почти не будем пересекаться.

Я заметил, как она закусила щеку, и понял, что она сдалась.

— Если ты не справишься, я могу попробовать договориться с Мелиндой и Анастасией насчет йога-студии твоей мамы.

Она сузила глаза. Эверли не хотела ничего просить у этой женщины. И я понимал почему. Она была жестока к ней с момента их знакомства.

— Если мы это делаем, будут правила.

Я улыбнулся с чувством победы.

— Конечно, будут.

Она встала так резко, что стул отлетел назад, но я поймал его прежде, чем он упал. Она глубоко вздохнула и закрыла глаза.

— Мне нужно снова прочитать завещание.

— Если вы согласитесь, – миссис Джонсон прочистила горло, – будут дополнительные условия, которые нельзя огласить до третьего месяца вашего брака.

— Что? – хором воскликнули мы.

— Это, конечно, очень необычно, но уверяю вас – там ничего такого, с чем вы не справитесь, и…

— Нам нужно увидеть документы.

— Юридически я связана контрактом. – Она метнула взгляд на моих юристов. Ну, они же были юристами Карла. – Мои руки связаны, Деклан.

Я посмотрел на них всех.

— Вы понимаете, что я могу вас всех уволить?

— Конечно. Но мы лучшие, – заявил один из них. – И вы это знаете. Это его последняя воля.

Он что, плакал? Господи Иисусе.

— Черт, – я выругался и взглянул на братьев.

— Решай сам. Это твой и Эверли выбор. Мы поддержим вас, – сказал Димитрий. Как всегда, дипломатично.

— Сейчас или никогда, Деклан, – поторапливала миссис Джонсон.

— Ладно.

— Ладно? – взвизгнула Эверли. – Вы с ума сошли?

— Тебе нужна чертова йога-студия или нет? Мы сможем отказаться от этого всего через три месяца.

Она должна была понять, что мы потеряем все, если не согласимся.

Она сделала два глубоких вдоха и сложила свои пальцы, на которых не было никакого маникюра, в замок. Затем она потянула за ожерелья, спрятанные под воротником платья, и сжала их так сильно, что я знал – ее ногти впиваются в кожу. Она пробормотала:

— Я пожалею об этом.

— Я тоже, – пробурчал я и встретился взглядом с братьями. – Ни слова никому, пока я сам не сделаю заявление.

— Один момент. – Миссис Джонсон встала и открыла дверь. В комнату вошел высокий мужчина с седыми волосами в черном костюме. – Это наш священник. Я буду свидетелем, и мы вас поженим.

Все закружилось перед глазами в странном водовороте.