Хрустальная ложь - М. Эль Страница 361

— Да? — Он наклонился ближе.

— В следующий раз…

— Да?

— Предупреди меня, прежде чем ворваться и всех перерезать. Чтобы я успела приготовиться.

Мужчина повернулся к ней, его взгляд был полон нежности и боли.

— Змейка… в следующий раз просто позволь мне быть рядом. И не исчезай.

Она отвела взгляд, её губы дрогнули. — Посмотрим.

Валерия помнила только, как мир качнулся, как в ушах зашумело… И тьма. Она распахнула глаза — и увидела потолок машины. Мягкий кожаный салон, пахнущий новой кожей и лёгким ароматом одеколона Виктора. Шум трассы, ровный гул шин по асфальту.

— …Где?.. — Её голос сорвался. Сухой. Хриплый.

Виктор, сидевший рядом, мгновенно повернулся к ней, его взгляд был наполнен облегчением.

— Дома, малышка. Почти. — Он протянул руку и осторожно коснулся её щеки.

Она моргнула, пытаясь собрать разрозненные мысли.

— Как… как ты меня… из Мэна… в Нью-Йорк…

Он только усмехнулся, не отводя взгляда от дороги, его профиль был напряжённым, но довольным.

— Я сказал, что заберу тебя. Я не уточнял, какой ценой.

— Виктор… — Её голос был полон недоверия и удивления.

Мужчина бросил на неё взгляд — усталый, нежный, и страшно счастливый. В его глазах отражалось то, что он пережил за эти дни.

— Главное, что ты здесь.

Машины ещё не успели полностью остановиться, а ворота огромного дома Виктора уже распахнулись. Охрана выстроилась в парадную шеренгу, кто-то от волнения даже шагнул вперёд, но остановился, сдерживая порыв.

Валерия едва встала на ноги, опираясь на Виктора, и тут же увидела, как кто-то выбегает из дома с пронзительным криком:

— Лил!

Селина врезалась в неё словно торпеда, повисла на шее и разрыдалась, её тонкие плечи тряслись.

— Господи, я думала всё… всё… ты опять… — она шмыгнула, её голос был полон отчаяния. — Скажи что-нибудь, ну!

Валерия рассмеялась сквозь слёзы, её собственное тело дрожало. Она крепко прижимала подругу, вдыхая знакомый запах её волос.

— Я дома, Селин. Всё хорошо. Правда.

Сзади послышались шаги. Она узнала их.

Рико. Мэтт. Леон Рэй. Вся её криминальная команда — те, кто работали с ней в Нью-Йорке.

Они остановились в нескольких шагах, будто не верили, что это правда, что она жива и стоит перед ними. Их лица были исхудавшими, напряжёнными, но в глазах горела дикая надежда.

— Госпожа? — тихо сказал Рико, его обычно невозмутимое лицо было искажено эмоциями.

Валерия вскинула на него глаза — и улыбнулась, дрожащей, усталой улыбкой, полной облегчения.

— Я вернулась.

И они сорвались.

Обняли её, каждый стараясь быть осторожным, но их объятия были сильными, полными невысказанного страха и радости. Подхватили, словно она была самым драгоценным сокровищем. Ругали на разных языках вперемешку, их голоса были хриплыми от слёз и облегчения.

— Госпожа, ну нельзя же так!

— Чёрт, ты живая!

— Мы чуть поседели!

— Ты в порядке?

— Кто тебя так?.. Клянусь, я найду каждого…

Она смеялась и плакала одновременно, прижимаясь к каждому, вдыхая их родной, привычный запах.

— Я дома… я дома, мальчики.

Охрана Виктора, стоявшая рядом, невольно улыбалась, наблюдая эту сцену. Они уважительно кивали ей, их лица смягчились.

— Госпожа. Добро пожаловать домой.

Сзади, чуть поодаль, стояли Диего, Саль, Джей и остальные её люди. Измотанные. Грязные. С тенями под глазами и запекшейся кровью на одежде, но живые. Они смотрели на Валерию так, как смотрят на солнце, которое вернулось после долгой и страшной зимы. В их взглядах читалось столько облегчения, преданности и решимости, что Виктор, невольно, почувствовал укол зависти.