Адвокат жены. Запретная страсть - Ирина Слащева Страница 38

Власову вызов нужен. Каждый день. Сопротивление. Редкие минуты послушания, а затем снова вызов. Ему нужна женщина, у которой есть свои стремления, цели, идеалы.

Равная.

Что будет со мной без профессии? Чем я буду заниматься? Мама так гордится тем, кем я стала. Как я буду смотреть ей в глаза, говоря, что перечеркнула всё, к чему шла долгие годы?

А с другой стороны, как я буду оправдываться перед собой за то, что собственными руками разрушила своё счастье?

Сегодня на работу меня привозил Артур, так что я была без машины. Власов приехал за мной в начале седьмого, и я решила отложить принятие решения.

— Привет, — соблазнительно улыбаясь вошел в кабинет самый шикарный мужчина в мире с букетом белых пионов.

— Привет, любимый, — не смогла усидеть на месте и бросилась в его объятия, глубоко вдыхая родной запах. — А поехали в кино?

— Просто в кино? — удивился он.

— Просто.

— Какая-нибудь артхаусная премьера, об которую сломается мозг? — подозрительно уточнил Артур.

— Нет, — рассмеялась я, — тупая комедия без сюжета.

— Аня, что-то случилось? — он вдруг стал серьезен.

— Нет, — выдавила из себя, — просто хочу обычный вечер. С тобой.

Не знаю, почему я не рассказала Артуру про ультиматум босса. Хотя, кого я обманываю?

Знаю.

Потому что Власов захотел бы знать, что я выберу. А я и сама не знала ответа на этот вопрос.

Два дня прошли как в тумане. Мы с Артуром много говорили, гуляли, а потом занимались любовью, пока не проваливались в сон обессиленные. И каждое объятие, каждый поцелуй, каждое прикосновение было с привкусом горечи. Словно мы оба понимали, что это прощание.

В тот самый день Артур захотел подвезти меня сам. Как-будто что-то чувствовал. Интуиция ему явно давала сигналы, но вопросов мне Власов не задавал.

— До вечера, Нютик? — мне показалось, или это прозвучало вопросительно?

— Пока, — неопределенно выпалила я, собираясь выскочить из машины.

— Я знаю про комиссию, — глухо проговорил Артур.

На секунду я замерла, огорошенная, а затем медленно повернулась к нему.

— Почему не сказал?

— Хотел, чтобы ты сама поделилась. И меня пугает то, что ты решила скрыть это.

— Почему?

— Потому что я не знаю, о чем ты думала эти дни. И не решила ли вышвырнуть меня из своей жизни этим вечером, — в его словах я различала отголоски собственной боли.

— А сейчас зачем этот разговор?

— Не прощу себе, если потеряю тебя, не попытавшись что-то предпринять.

— Ты ничего не можешь предпринять, — с горечью возразила. — Фигуры на доске расставлены. Выбора два: ты или профессия. И решение это только мое.

— Для тебя, Анька, я все могу. Засужу всех до единого. Организую тебе контору или возьму работать к себе. Да я город этот с землей сравняю, чтобы не осталось ни одного поганого рта, который распускает про тебя грязь. На худой конец, увезу. Хоть на край света. Только, пожалуйста, дай нам шанс.

— Так интересно, — произнесла я, глядя перед собой. — Когда тебе пришлось выбирать между мной и карьерой, меня ты не выбрал. А теперь просишь, чтобы я поступила по-другому? Тебе не кажется, что это нечестно?

— Ты права, — Артур на секунду прикрыл глаза и шумно выдохнул. — Это только твое решение. Я не прошу ломать себя. Я прошу, чтобы ты выбрала то, чего действительно хочешь. Не из-за обиды. Не из-за желания что-то доказать. Не потому, что так правильно. А потому что ты так решила.