Бабушка, я замужем (но это не точно) - Аля Авилина Страница 4

— Дальше, — Руслан не заметил, он сверлил взглядом экран. — Когда мы поняли, что друг без друга не можем?

— В смысле?

— Ну, должна же быть романтическая история. Бабушка спросит. — Он откинулся на спинку стула и задумчиво почесал подбородок. — Мужики обычно любят рассказывать, как они поняли, что хотят жениться. Типа момент прозрения.

Я фыркнула.

— Ты сейчас серьезно? У тебя были моменты прозрения?

— Ну... — он замялся. — Один раз было. Я понял, что хочу серьезных отношений, когда девушка принесла мне в офис суп в термосе, потому что я заболел, а сам дурак на работу поперся.

— И что случилось с той девушкой?

— Она вышла замуж за моего коллегу. Через месяц после того супа. — Руслан вздохнул с комичной обреченностью. — Видимо, суп достался не тому.

Я рассмеялась, представив эту картину. Руслан смотрел на меня с легкой улыбкой, и вдруг в его взгляде мелькнуло что-то... другое. Теплое. Я отвела глаза и уткнулась в блокнот.

— Ладно, придумаем что-нибудь. Скажем, что на пятом курсе, когда я сломала ногу, а ты таскал мне лекции и кормил пирожками из столовой.

— Аня, я таскал тебе лекции ровно три дня, а потом ты начала шантажировать меня тем, что расскажешь Светке из параллельной группы про моего плюшевого мишку.

— Мишка был с тобой до восемнадцати лет, это важная деталь твоей биографии! — возмутилась я.

— И ты хочешь, чтобы бабушка об этом знала?

Я задумалась. Бабушка, конечно, любит меня больше жизни, но если она узнает, что мой «жених» до совершеннолетия спал с игрушкой... Хотя, стоп.

— А знаешь, это даже хорошо! — меня осенило. — Это сделает тебя в ее глазах уязвимым и милым. Бабушка обожает уязвимых и милых.

Руслан посмотрел на меня с непередаваемым выражением лица.

— Я не буду рассказывать твоей бабушке про мишку.

— Будешь. Если надо будет отвлечь ее от расспросов про внуков.

— Каких внуков?! — Руслан аж поперхнулся кофе.

— Спокойно! — Я подняла руки. — Это я так, теоретически. Бабушка может спросить про планы на будущее. Надо быть готовыми ко всему.

Он медленно поставил кружку на стол и уставился на меня с подозрением.

— Аня, у меня плохое предчувствие. Ты сейчас смотришь на меня как в тот раз, когда уговорила меня прыгнуть с тарзанки, хотя я боюсь высоты.

— Во-первых, ты не боялся, ты просто стеснялся, ты ж потом на парашюты пошел. А во-вторых, — я театрально вздохнула, — мы же должны быть убедительны. Максимально убедительны. Поэтому нам нужно отрепетировать.

— Что отрепетировать?

— Нас. — Я встала со стула и подошла к нему. — Как мы выглядим со стороны. Как мы обнимаемся, как смотрим друг на друга. Бабушка — та еще лиса, она полжизни в сельсовете проработала, людей насквозь видит. Если мы будем вести себя как обычно — подкалывать друг друга и спорить, кто сегодня платит за кофе, — она раскусит нас за пять минут.

Руслан медленно поднялся. Мы стояли друг напротив друга в метре. Нормальная дистанция для нас. Мы тысячи раз так стояли.

Но сейчас почему-то стало тесно.

— И что ты предлагаешь? — голос у него сел. Он прокашлялся. — Смотреть друг на друга голодными глазами?

— Ну, не голодными, — я замялась. — Ласковыми. Нежными. Типа мы только что поругались и помирились. Или типа... ну не знаю... как будто я твоя.

Последние слова вырвались сами. Я даже не поняла, что сказала, пока не увидела, как дернулся кадык у Руслана.