Учительница дочери. Ты сдашься мне - Анастасия Сова Страница 44

Я выпутываюсь из-под него. Позволяет.

Отодвигаюсь, перебирая ногами, пока не упираюсь спиной в подлокотник диванчика. Вжимаюсь в него со всей силы. Обнимаю себя руками. Я точно загнанный зверек. Зверек, которому очень страшно.

Артур тянется ко мне, но я понять не могу, какую эмоцию сейчас выражает его лицо.

— Не прикасайся! — выкрикиваю. Выставляю перед собой ладонь. — Не трогай!

Слезы, что до этого лишь копились в глазах, теперь выкатываются наружу, увлажняя щеки.

Мужчина с непониманием смотрит на меня. Но плевать. Жизнь рушится прямо на моих глазах. Эта семейка — худшее, что произошло в ней. Что переломило надвое.

— Ты самое ужасное, что со мной случилось! — делюсь своим умозаключением с Назаровым. Пусть знает!

Его взгляд вдруг меняется.

Артур уже не тянет ко мне руки. Останавливается, точно о чем-то раздумывая, после чего спрашивает:

— Что ты тут делаешь?

Жгучее, непреодолимое желание рассказать всю правду. Оно бьется у меня в груди. Но я не имею никакого морально права сейчас сдавать ему Миру, поэтому повторяю то, что уже говорила:

— Я задолжала хозяину. Смогла вернуть только часть денег, остальную он заставил отрабатывать танцами.

— Как ты могла связаться с таким местом? — не верит. Он не верит!

— Отвали, Ясно?! Просто отстань!

Назаров глубоко вздыхает. Трет переносицу, а затем нажимает на какую-то кнопку, и буквально через минуту в комнате появляется девушка-администратор.

Я все еще жмусь в уголке, стараясь как можно больше укрыться руками. Но это практически невозможно, ведь на мне лишь белье. А еще сперма Артура, подсыхающая на животе.

И выгляжу я ужасно. Готова провалиться сквозь землю. Всхлипываю и стираю со щек слезы.

— Что-то случилось, Артур Александрович? — она обращается к Назарову, но смотрит исключительно на меня, как я жмусь в комок на краю диванчика.

— Случилось, — холодно отвечает мужчина. — Девчонка говорит, она должна твоему боссу.

— Не могу знать, — администраторша разводит руками.

— Так узнай! — рявкает Артур, и мы обе вздрагивает от громкости его голоса. — Скажи, я готов оплатить его в двойном размере, и она уезжает со мной.

Пока мы ждем ответа, Назаров меня не касается. Он даже не смотрит в мою сторону. Сидит на другом краю дивана, облокотившись локтями на колени, плотно сжимает пальцы в замок.

А я боюсь даже дышать. Ситуация ужасная.

Конечно, я предполагала, что все может обернуться чем-то нехорошим, но такого представить не могла.

Наверное, нужно сейчас что-то сказать своему спасителю, но у меня язык не поворачивается. Да и я уже все сказала.

— Она должна хозяину миллион, — через несколько минут в нашей комнате снова появляется администратор.

— Миллион? — тут уже я не выдерживаю. Наглая и циничная ложь! — Я должна сто пятьдесят тысяч!

Но никто здесь не слушает меня. А ситуация доходит до абсурда.

Назаров точно передумает выкупать меня, потому что эта сумма… она выходит за все мыслимые и немыслимые границы. Особенно в двойном размере.

Артур достает из кармана пиджака телефон. Стучит по экрану пальцами, а потом заключает:

— Деньги перевел. Скажи охране, что мы уходим.

Охренеть! Назаров отдал за меня в клубе два миллиона! Он что, получается, всю мою жизнь купил? Или это я теперь должна ему два ляма? Ужас! Мне столько и за десять лет не заработать.