Бандит-одиночка и дочка! - Лия Седая Страница 45

Глава 27

— Зачем ты прогнала Яну? — зайчик размазывала руками слезы по щекам и кричала на Алину. — Папа! Верни мне Яну! Я хочу Яну!

— Ой, заткнись, а, — бывшая поморщилась. — Визгу от тебя.

Я глянул на нее так, что она моментально захлопнула рот.

Сделала невинный вид и чуть развела руками. А я присел перед Янчиком.

— Дочь, нам с мамой надо договорить. Потерпи, ладно?

— Я хочу к Яне! Куда она ушла?

— Мы сейчас с мамой поговорим, и позвоним ей, хорошо?

— Твоя Янка воровка, — неожиданно дернула плечом бывшая жена. — Чего ты в нее так вцепилась, не понимаю. Прям помешались оба! Есть же куча других нянь.

— Яна не воровка! Это все ты! Ты виновата!

Даже я не ожидал такого.

Мой тихий Янчик бросилась к матери и замолотила ее по ногам крохотными кулачками.

— Это все из-за тебя! Это ты ей сказала украсть у папы сон! Я все слышала!

— Заяц, стой, — я перехватил дочь и поднял ее на руки, не обращая внимания на взбешенную Алину. — Что значит, украсть у папы сон? О чем ты говоришь?

— Да врет она все!

Я даже оборачиваться не стал. Вообще плевать мне, что несет та, которая бросила собственного ребенка. А уж после ее слов почему она это сделала — тем более!

— Мама приходила, — Янка продолжала рыдать. — Когда тебя не было. Это был наш секрет! И она сказала Яне украсть у тебя сон и отдать ей! Я в комнате сидела, но все слышала! А Яна не стала! Она не воровка, папа!

Что?

Я никак не мог понять, о чем говорит дочка. Как можно украсть сон? Что за сказки.

— Твоя подружка реально воровка, — Алина поджала губы. — Мы с ней познакомились, когда она у своего отчима деньги украла. Он ее чуть не прибил тогда, а я ее спрятала у себя. И в полицию не сдала.

Жизнь жестокая штука.

С того момента, как я увидел Алину и она раскрыла рот, я думал что ниже дна быть не может. А теперь оказывается, что может. Моя кошка не просто знакома с моей бывшей женой, не просто у нее работала.

Они знакомы уже давно.

И у них есть какие-то отношения помимо Янчика. Какие-то общие тайны.

Я прижал к себе дочку теснее и посмотрел на бывшую:

— Зачем ты поменяла дату рождения Яне?

— Просто, — она отвернулась, опять покусывая губу.

— Врешь.

Моим хладнокровием можно было заморозить кого-нибудь. Например, самого себя. Но только я сам знал, что это только снаружи. Внутри мне хочется сгореть.

Внутри меня разрывало.

— Зачем, Алина? Ты же специально потеряла ваши документы с Яной, да?

— Да! — с плохо скрытой злобой выкрикнула она. — Специально!

— Зачем?

— Были причины. Владик, зачем тебе все это, а? — она вдруг шагнула к нам с Янчиком. Обхватила дочку одной рукой, второй пытаясь дотронуться до меня. — Тебе не надоело вот это все? Мы говорим как звери, наша дочка меня ненавидит! Это же ненормально!

— А что ты сделала, чтобы она тебя любила?

— Ой, Влад! — Алина красиво взлохматила себе волосы. — Ты прекрасно понимаешь, зачем я все это делала, я тебе объяснила. Ты должен меня понять.