Месть. Финальный ход - Лея Вестова Страница 45

Дима сидел напротив, сжав зубы. Я видела, как он борется с желанием высказать мне все, что думает.

— Матвей, – сказал он наконец, – ты понимаешь, что мама сейчас очень устает на работе? Она переживает и иногда принимает… неправильные решения.

Я почувствовала, куда он клонит, и быстро вмешалась:

— Мам, а помнишь, ты хотела показать Матвею новые цветы в теплице? – обратилась я к маме. – Может, сходите посмотрите, пока мы с папой обсудим рабочие вопросы?

— Конечно! – мама сразу поняла. – Матвей, пойдем, я покажу тебе, как цветут орхидеи. И еще у меня есть семена, которые мы можем посадить вместе.

— Можно я планшет возьму? – спросил Матвей.

— Лучше оставь здесь, – мягко сказала я. – В теплице много влаги, может испортиться.

Когда они ушли, я повернулась к Диме. Вся моя сдержанность мгновенно улетучилась.

— Как ты смеешь? – процедила я сквозь зубы. – Пытаешься настроить сына против меня при нем же?

— Я просто объясняю ситуацию, – Дима пожал плечами.

— Ты пытаешься промыть ему мозги! – я встала, сжимая кулаки. – Говорить пятилетнему ребенку, что мама принимает неправильные решения?

— А разве не так? – холодно спросил он. – Посмотри, что ты делаешь. Не даешь отцу нормально общаться с сыном, отбираешь ключи от машины…

— Потому что не доверяю тебе! – взорвалась я.

Дима встал, его лицо потемнело:

— Ты зашла слишком далеко, Вероника. И знаешь что? Матвей видит, какой ты стала. Нервной, подозрительной, агрессивной. Думаешь, это хорошо для ребенка?

— Лучше, чем видеть отца-лжеца и предателя.

— Осторожнее, – голос Димы стал тише и опаснее. – Есть люди, которые решают, где детям лучше жить. И поверь, они учитывают поведение родителей.

Угроза была высказана открыто.

— Ты угрожаешь мне судом за опеку?

— Я предупреждаю, – он шагнул ближе. – У меня есть ресурсы для такой борьбы. Хорошие адвокаты, связи в нужных местах. И главное – я могу обеспечить ребенку стабильную, обеспеченную жизнь. Без истерик, без параноидальных подозрений.

— А что скажешь о своих изменах? О финансовых махинациях?

— А что ты докажешь? – усмехнулся Дима. – Роман? Многие мужчины изменяют, но это не делает их плохими отцами. А бизнес… ты сама разрушаешь его своими действиями, лишаешь сына стабильного будущего.

Я понимала, что он прав в одном – суд мог встать на его сторону, особенно если он представит меня как неуравновешенную женщину.

— Ты видела? – сказал он с холодной улыбкой. – Сын сам хочет жить со мной. И любой суд это учтет.

— Ты настроил его против меня, – процедила я сквозь зубы.

— Я просто показал альтернативу. Жизнь с отцом, который может обеспечить ему стабильность и достаток. Вместо нервной матери, которая разрушает семейный бизнес и не дает ребенку нормально общаться с отцом.

— Ублюдок, – прошептала я.

— Реалист, – поправил он. – Вероника, ты еще можешь все исправить. Прекрати эту войну, верни все как было, и Матвей останется с тобой. Продолжишь упрямиться – лишишься сына. Подумай об этом. У тебя есть время все исправить. Но не слишком много. И отдай мои ключи, я уезжаю,

Когда он уехал, я прошла в дом искать Матвея. Нашла его в своей детской комнате, сидящего на кровати с планшетом в руках. Он не играл, а просто держал его, глядя в окно.

— Солнышко, – села я рядом, – прости, что накричала.