Граф и гувернантка - Джулия Куинн Страница 46

Всю дорогу Энн убеждала себя в том, что если Джордж и появится в Лондоне, их пути никогда не пересекутся ведь это очень большой город, самый большой в Европе, а может, и в мире. Если Джордж и женился на дочери виконта, Чевилы не вращались в таких высоких кругах, как Плейнсуорты или Смайт-Смиты, но даже если и окажутся на одном светском мероприятии, Энн там точно не будет. Она всего лишь гувернантка, на которую, как она надеялась, никто не обращает внимания.

И все же опасность неожиданной встречи существовала. Если переданные Шарлоттой сведения верны, Джордж получал довольно щедрое денежное содержание от своего тестя, так что у него было достаточно средств, чтобы оплатить сезон в Лондоне и, возможно, купить себе место в высшем свете.

Он всегда говорил, что ему нравятся шум и суета большого города. Это Энн помнила очень хорошо. Ей удалось забыть многое, но эти слова Джорджа отпечатались в памяти, как и мечта наивной юной девушки о прогулках по Гайд-парку под руку с красавцем-мужем.

Энн с грустью вздохнула: какой же дурочкой она была и совершенно не разбиралась в людях!

— Могу я чем-то помочь? – тихо спросил лорд Уинстед.

Некоторое время он хранил молчание, и Энн нравилась эта черта его характера. Он никогда не лез в душу, всегда знал, когда нужно помолчать.

Энн покачала головой, не поднимая на него глаз. Со стороны могло показаться, что она избегает разговора с ним, но дело было вовсе не в нем, просто сейчас ей вообще не хотелось общения, ни с кем. Но лорд Уинстед заслуживал слов благодарности. И неважно, что у Энн все еще дрожали руки, а воображение продолжало рисовать картины одна ужаснее другой. Лорд Уинстед никогда не узнает, какую неоценимую услугу ей оказал и как она ему за это благодарна, но хотя бы сказать «спасибо» ведь можно…

Энн повернулась к графу, намереваясь поблагодарить, но с ее языка сорвались совершенно неожиданные слова:

— У вас свежий синяк?

Она была уверена, что еще вчера этого красноватого пятна, еще не успевшего потемнеть, как синяк под глазом, на щеке не было.

— Вы опять дрались, – заметила Энн. – Что случилось?

Граф ошеломленно заморгал, застигнутый врасплох, и его рука невольно коснулась лица.

— С другой стороны, – прекрасно понимая, что рискует, она легонько коснулась скулы графа кончиками пальцев. – Вчера его не было.

— Вы заметили, – пробормотал граф, одарив спутницу тщательно отрепетированной улыбкой.

— Это не комплимент.

Энн старалась не думать о том, что все это значит. Как случилось, что лицо этого мужчины стало настолько знакомым, что она сумела разглядеть новый синяк среди тех, что остались после стычки с лордом Чаттерисом? Это просто нелепо.

— И тем не менее я польщен, что вы заметили мое новое приобретение, – усмехнулся граф.

Энн закатила глаза.

— Вы их что, коллекционируете?

— Все гувернантки такие язвительные?

В устах кого-то другого эти слова прозвучали бы как упрек, призванный осадить зарвавшуюся служанку, но у лорда Уинстеда и в мыслях не было ничего подобного: он улыбался.

Энн бросила на него многозначительный взгляд:

— Вы уклоняетесь от ответа.

Ей показалось, что он немного смущен, хотя сказать наверняка было трудно, ведь если его щеки и тронул румянец, заметить его оказалось практически невозможно из-за предмета их разговора – синяков.