След Чайки - Броня Сопилка Страница 47

Но я обратил внимание, что окружающие дома все похожи друг на друга, отличаясь лишь высотой, и то, скорее всего, это связанно сособенностями рельефа. А вот вдали небо скребли шпили и башни, шары и ромбы, словно парящие в воздухе и сияющие на солнце паруса, и даже диковинный сад под прозрачным куполом.

– Небесная оранжерея «Скай-форест», – пояснила Лина. – Она огромная и очень красивая. А вон там, – девушка чуть наклонилась вперёд, придерживая меня рукой, и в щели между парой соседних небоскребов я заметил необычное здание, – там «Грингаус». Зеленый дом.

Он действительно был зеленым – вместо зеркал, его стены укрывала пышная растительность.

– Я думала, их стало больше за то время, пока меня не было. Но нет. По крайней мере, не в этом районе.

Я не совсем понимал причину горечи в её словах. Как диковинка – это любопытно, а так… представить, что все дома вокруг выглядят такими дремучими колоссами, у меня не получилось. Да и вообще, лес – он в лесу, а сверкающий город мне нравился таким, какой он есть.

– У нас лесов очень мало, Фил. Помнишь, как кашлял вчера?

«Хм, – я помнил. – Но ведь не кашляю больше».

– Привык. Но это не значит, что дышать тут полезно для здоровья. А вот если бы все дома были зелеными – тут было бы куда свежее. Хотя пока чадит твоя «оправа»… – Лина не закончила мысли, лишь оглянулась назад, туда, где кружево цветных дымков, которое я сравнил когда-то с оправой для города-драгоценности, было к нам ближе всего.

Оно, как я понял, опоясывало весь город. Очень большой город, которому не было видно конца-края, верней, его можно было угадать по далекой дымке «оправы».

«А что это?»

– Промышленное кольцо, там сосредоточены все заводы, обеспечивающие жизнь города и убивающие нас понемногу, – хоть вред и пытаются сократить, но полностью его избежать невозможно. Затем ближе к центру – спальное кольцо, состоящее из двенадцати спальных районов, или секторов. А те причудливые здания относятся к бизнес-кольцу – там размещаются корпорации, офисные и торгово-развлекательные, большие госпитали, госструктуры, в общем, центровая шушера мира. А за ними – сердце города – Старая Одесса.

«Погоди, мне казалось, твой город называется Одесс?»

– Ага, мегаполис Одесс, а вот сердце его – Одесса, Старый Город, в котором остались только самые красивые и крепкие древние дома. А на месте тех, что не дожили до наших дней, разбиты парки с фонтанами и прудами. В Старой Одессепочти никто не живет постоянно – это слишком дорогое удовольствие. Да и не особо удобно. Некоторым домам там скоро триста лет, – она снисходительно улыбнулась.

«У нас в Кантополе и полутысячники есть, нашла, чем удивить».

– У нас тоже есть, но в других полисах. Сама по себе Одесса – город молодой. Относительно.

И всё-таки какой удивительный мир. Красивый. Огромный.

Живущий, не зная о нависшей опасности.

Девушка вздохнула.

– Идем? – она доплела последнюю косицу и тряхнула волосами.

«Идем, – вяло согласился я. – Только… тут есть уборная?»

Мурхе хмыкнула.

– Иди за надстройку и представь, что ты птичка.

Я недовольно сморщил нос. Всё-таки я неправильный хомяк. Даже умываться предпочитаю водой, а не языком.

«Сама тоже птичку изображала?»

– Ладно уж, идём, попробуем ещё раз.

Что попробуем, она не пояснила, наскоро собрала верёвки, стянула через ноги ремни «беседки», скомкала мантии, запихав всё в рюкзак, и мы спустились на один пролёт по зазеркальной лестнице. Под ней притаилась дверца, тоже из металла. Лина постучалась, но никто не открыл. Что-то звякнуло. Оказалось, в руке она сжимала связку отмычек, и сейчас выбирала подходящую. Вот же – взломщица!