Под вуалью страсти - Эбби Грин Страница 48

Позже ночью, вернувшись в квартиру, они долго и страстно занимались любовью, забыв обо всем, а потом долго лежали на кровати рядом, стараясь выровнять дыхание.

Лия была совсем не готова к предстоящему разговору, поэтому вздрогнула, когда Шариф вдруг заговорил с ней.

— На самом деле Каллаган не зря охотится за сенсацией. Я планирую уничтожить «Маркетти групп».

Шокированная, Лия повернулась к нему лицом.

— Что-что?

Шариф не смотрел на нее.

— Я собираюсь стереть «Маркетти групп» с лица земли. Именно над этим я работаю. Я сделаю компанию такой мощной, какой она не была при отце, а потом распродам ее по частям, пока его наследие не перестанет существовать. Весь успех, какого он добился благодаря женщинам, которых он соблазнил и обокрал, будет забыт.

Лия замерла.

— А как же все то, что ты мне рассказал об индустрии?

— Это не повлияет на отрасль в целом. Да, это спровоцирует волнения, но бренды будут и дальше существовать. Только не под именем Маркетти.

— А вдруг они не выживут без твоей поддержки? — Лия подумала о женщинах, которые работали в парижском ателье.

— Поэтому я хочу убедиться, что у нас сильная позиция. Все бренды и лейблы будут желанными прибыльными предприятиями.

Лия приподнялась на локте.

— А твои братья? Они ведь не знают о твоих планах?

Шариф откинул покрывало и плавно встал с кровати. Он подошел к комоду, вытащил оттуда спортивные штаны и надел их. Подойдя к окну, он скрестил руки на груди.

Лия села, подтянув колени к груди. Внезапно ей стало холодно.

В конце концов, он сказал:

— Нет, они не знают.

— Потому что ты им не доверяешь?

Он обернулся.

— Не доверяю. Хотя мы с ними обо всем договорились, я не уверен, что они не пойдут против меня. А я не могу этого допустить. Не сейчас, когда я подобрался так близко к цели. Они ненавидели нашего отца так же сильно, как и я. Мать Никоса покончила жизнь самоубийством из-за своего мужа. Доменико превратил жизнь Макса и его сестры в ад, пока их мать крутила романы и в конце концов развелась с ним. Но они не останутся без компенсации. Они будут миллиардерами, несмотря ни на что.

— Почему ты не поговоришь с ними? — произнесла Лия. — Можно не рассказывать им все, а только прощупать почву. Ведь они этого заслуживают.

Она видела, как напряжен Шариф.

— Они сразу обо всем догадаются. Они не идиоты.

Лия подтянула простыню к подбородку, чувствуя себя незащищенной.

— По-моему, ты их недооцениваешь. Я думаю, им можно доверять. Разве они не вошли в совет директоров, когда ты предложил им это сделать? Они помогли тебе развивать компанию.

— Они помогали мне развивать компанию…

Шариф так сильно обиделся, что ему показалось, будто он вот-вот развалится на части. Слова Лии били по его самому уязвимому месту. И он понятия не имел, что заставило его рассказать ей об этом.

В глубине души он знал: Лия права. Но он так долго был один, живя планами уничтожить имя и наследие своего отца, что не желал, чтобы все его планы сорвались. Он не хотел рисковать.

Словно читая его мысли, Лия тихо спросила:

— Неужели ради этого ты согласишься разойтись со своими братьями?

— Да, — ответил он быстро и решительно, но почувствовал, как у него пусто на душе.

Он всегда считал, что разрыв между ним и его братьями — неудачный исход, но прошедшие годы он, Никос и Макс все больше и больше тяготели друг к другу. Однако эта сентиментальная чушь не должна помешать ему осуществить то, что он задумал.