Встретимся в полночь - Брианна Борн Страница 48

— Страт Мэдиган, – произносит он по буквам.

— Дата рождения? – спрашивает девушка, собираясь ввести информацию в поисковую строку.

Я замираю. Страт абсолютно спокоен, но я знаю, что мы попались.

— Семнадцатое июля две тысячи седьмого года, – говорит он.

Администратор поднимает взгляд. Мгновение колеблется, поджав губы.

— На самом деле я не могу предоставить вам какую-либо информацию без согласия родителей, но поскольку… о, я думаю, все в порядке, так как вас вообще нет в системе.

— Что это значит? – спрашивает Страт. – Что мы сделали это в другом филиале?

— Нет, у нас единая база данных. Давайте я еще раз проверю написание фамилии и дату рождения.

Она вводит новый запрос, но снова ничего не находит.

— А как насчет меня? Ария Ленделл, – спрашиваю я, тоже называя свой день рождения.

— Нет… вас здесь тоже нет, – говорит девушка, хмурясь. Я чувствую, что ее доброжелательность улетучивается, и она уже подумывает, не разыгрываем ли мы ее. – Вы уверены, что…

Страт уводит разговор в другую сторону.

— Нам важно было это узнать – просто у нас происходит что-то странное, и мы подумали, не в процедуре ли дело, но похоже, что нет!

— О, я…

— Мы очень благодарны вам за помощь, – перебивает Страт, само обаяние, и чудесным образом ему удается увести нас от стойки до того, как девушка вызовет коллег, чтобы допросить нас или пригрозить позвонить нашим родителям и сообщить о нас, маленьких засранцах.

Выйдя на тротуар, Страт качает головой:

— Так. Я этого не ожидал.

— Не понимаю. Нам больше некуда было пойти.

У меня в животе зарождается тревога. Все становится еще более сюрреалистичным. Я знаю, мы стерли друг друга из памяти.

Так где жемы это сделали?

Когда я возвращаюсь домой, на улице стоит такая прекрасная ночь, что я останавливаюсь и несколько минут просто стою на крыльце с ключами в руке.

Луна в небе похожа на серебряно-белую монету. По сравнению с лунами в наших снах она кажется маленькой и твердой, но в ней все равно есть что-то волнующее и загадочное.

Когда я прислоняюсь спиной к деревянному столбику крыльца, нежные волоски на моей щеке встают дыбом, и за виском гудит.

Я возвращаюсь в воспоминание, которое уже видела на уроке рисования, – когда мы со Стратом были здесь, на крыльце, и он коснулся моей щеки нежнейшим мимолетным поцелуем. Я прислонялась к тому же самому столбику.

Но теперь я вижу, что было дальше.

Он наклоняется. Его поцелуй ощущается как теплое прикосновение, от которого по всему моему телу пробегают мурашки. На мгновение он застывает.

Я вздрагиваю, когда его губы скользят к моему уху и он шепчет: «Спокойной ночи, Ария».

Он отстраняется, и я чуть не падаю, словно притянутая магнитом.

— Надеюсь, ты хорошо провела выпускной.

— У меня был лучший выпускной!

— Позвони мне поскорее, хорошо? – Он нежно берет меня за запястье и переворачивает его. Проводит большим пальцем по десяти цифрам, которые он написал там фломастером.

— Ты же знаешь, я могла бы просто записать твой номер в телефон? – спрашиваю я, все еще задыхаясь.

Он улыбается мне сверху вниз, весь такой обаятельный:

– Это совсем не романтично.

Он сует руки в карманы. Его часы поблескивают в лунном свете.

— Спокойной ночи, Ария. Позвони мне. Желательно уже через час. Если раньше – еще лучше.