Дочери маяка Птичьего острова - Кристи Барлоу Страница 50

— Еще нет. Потому и позвонила. Я боюсь.

— Давай не будем поддаваться панике.

— Давай.

— Даже если ты беременна, ты справишься. Смотри, как ты развернулась, и то ли еще будет. Весь остров, разумеется, за тебя горой.

Дилли и сама знала, но ей было приятно слышать слова поддержки.

— Что ж, пора.

Клемми подтолкнула ее в сторону ванной комнаты, крепко обняв напоследок.

Дилли закрыла за собой дверь и нервно сглотнула.

— Жду здесь. С места не сдвинусь! – заверила Клемми по другую сторону двери.

— Возможно, я скоро стану мамой.

— Ты станешь замечательной мамой.

Сидя на унитазе в крошечной ванной в своей квартирке над галереей, Дилли внимательно изучила инструкцию, затем открыла коробку. Через две минуты она все узнает. Стоило взять тест в руки, как она ясно поняла, что ее жизнь уже не будет прежней. «Я стану мамой», – стучало в голове. Точнее, матерью-одиночкой – если, конечно, тест окажется положительным.

Она подставила палочку – в ту же секунду с другой стороны донесся громкий голос Клемми:

— Ну, пописала?

— Клемми, не мешай!

Немного помолчав, подруга вновь подала голос:

— Ради бога, поторопись. Я сейчас умру.

— Клемми, будь добра, замолчи! Ты меня отвлекаешь.

— Все-все, извини.

Дилли думала, что эти две минуты станут самыми долгими в ее жизни, но ошиблась.

Ей не пришлось ждать две минуты и подносить палочку к свету: ярко-синий плюсик в окошке высветился практически мгновенно. Такой яркий, что сомнений быть не могло.

Дилли присела на край ванной, держа в руках неоспоримое доказательство своей беременности. Ее обуревали противоречивые чувства. Она была потрясена и в то же время рада. Не знала, плакать ей или смеяться. Еще утром она понятия не имела, что к обеду станет матерью. Внутри нее рос малыш, и она не могла в это поверить.

Дилли вышла из ванной.

— Наконец-то! Ну?

— Я беременна.

— Поздравляю! – немедленно откликнулась Клемми, а затем добавила: – Тебя ведь можно поздравить? Что ты чувствуешь?

— Радость, волнение, страх.

Они перешли в гостиную, где Дилли плюхнулась на диван.

— Но что мне делать с отцом ребенка?

Клемми опустилась рядом.

— Как насчет… ничего? – мягко предложила она.

— Нужно ли ему сообщить? У меня голова кругом. Если честно, я не хочу, чтобы он вернулся в мою жизнь.

— Сообщать или нет – только твое решение, и его необязательно принимать прямо сейчас.

— Но что, если… – голос Дилли дрогнул, – что, если ребенок пойдет в отца? И смогу ли я вырастить его одна?

Неисправимая оптимистка Клемми уверила:

— Конечно, сможешь. Кому вообще нужны мужчины? Ты и одна прекрасно справишься. Будешь как героиня фильма – красивая и независимая! Я так и представляю: ты с ребенком в слинге управляешь своей замечательной галереей – то есть двумя галереями и маяком. К тому же дети – прекрасное оправдание. Опоздала на встречу? Ребенок. Волосы растрепаны? Ребенок. Съела целый торт? Ребенок. – Клемми улыбнулась. – И знаешь что? Твоему малышу будут завидовать все друзья, потому что у него будут лучшие принадлежности для рисования и самая талантливая мама в городе. А когда он подрастет, мы расскажем ему, что его отец сидит в тюрьме, потому что он тайный агент под прикрытием, исполняющий суперсекретное задание. Разве не круто?

Заразительный смех Клемми наполнил комнату, и Дилли повеселела – несмотря на сложные обстоятельства, материнство уже не казалось ей столь пугающим.