Бывшие. Я (не) могу тебя забыть - Алика Бауэр Страница 53

— Мне было плохо, Артем! Я была в отчаянии после твоей помолвки. Да, Агеев меня утешил! По-дурацки, скорее всего из корыстных целей. Но я не изменяла тебе! Никогда!

Макаров смотрит на меня. В глазах, помимо гнева, мелькает что-то еще. Сомнение? Усталость?

— Ты поэтому не хотела ничего рассказывать о нашем прошлом?

Беспомощно пожимаю плечами, чувствуя, как подкашиваются ноги. Из меня тоже этот разговор выкачал все соки.

— Я не знала, что ты застал тот... поцелуй. Я боялась, что, если мы начнем все заново, я снова в тебя влюблюсь. А ты... ты снова разобьешь мне сердце. История повторится. У нас просто ничего не получится.

— Что ж, — он грустно, беззвучно усмехнулся. — В этот раз наши мысли, кажется, совпали.

Больше нет сил что-либо объяснять. Нет сил сражаться с его призраками и своими страхами одновременно, когда в соседней комнате рыдает ребенок, в мире, где больше нет его мамы.

— Иди к сыну.

Вызываю такси и уезжаю.

Макаров не пытается меня остановить. Да я и не жду этого и не хочу. Но его слова все еще звучат у меня в голове настолько реально, что я хочу закрыть уши и закричать.

* * *

Вечерний воздух пах уже угасшим за день солнцем. Я вышла на балкон ресторана, чтобы перевести дух, чтобы стены перестали хоть на какой-то момент давить на виски. Впервые в жизни мне отчаянно хочется закурить. Не ради вкуса, а чтобы выдохнуть эту горечь, что бурлила внутри, наружу, материализовать ее в сизом дыме, сделать видимой для всех.

«Ты не часть нашей семьи».

Фраза Артема звенит в ушах четче, чем звон хрусталя внутри. И мой собственный мозг, безжалостно уже дописал к ней логичный, убийственный финал: «И никогда не станешь».

Обхватываю себя руками, хотя летняя ночь теплая.

Итан подходит почти бесшумно. Оперся о широкий подоконник рядом, повторяя мою позу, но без этой судорожной скованности. Как всегда с улыбкой на лице, только сегодня я вижу в ней тень грусти.

— Мы тебя потеряли, — говорит он мягко, глядя не на меня, а на огни города.

— Я просто устала. Устала лгать твоей маме. Притворяться.

— Понимаю, — он кивает.

Сегодня наше последнее фальшивое свидание. Завтра у них билет на самолет. После прилета он обещал рассказать матери о нашем расставании. Может не сразу, через какое-то время. Красивая, аккуратная развязка для ее спокойствия.

Итан достает из внутреннего кармана пиджака небольшую бархатную коробочку. Медленно, без театральности, открывает ее и ставит на подоконник. На бледно-сером шелке лежит кольцо. Тонкое, изящное, с небольшим бриллиантом.

В животе все сжалось. Только не это. Не сейчас.

— Итан…

— Не спрашивай зачем, — он перебивает тихо. — Не знаю сам. Наверное, просто хотел… осуществить до конца то, что когда-то задумал.

Он не опускается на колено. Не давил. Не спрашивает. Он просто смотрит мне в глаза с такой прямотой, от которой хочется исчезнуть.

И в этот момент в моей ладони звучит мелодия телефона. Сообщение.

Мы не общались с Артемом несколько дней. Эти дни тянулись, как годы молчания после взрыва. Поэтому ощущаю невероятный трепет от его сообщения больше, чем от дорогого кольца сейчас передо мной.

«Твои вещи я отправил с водителем. В услугах репетитора мы больше не нуждаемся».

Мир не перевернулся. Он просто наконец-таки стал четким, ясным.