Деревенское счастье опера Морозова, или операция Женить папу - Оливия Стилл Страница 54

— Да ты что…

— С этим Женей ничего хорошего не получится, особенно когда его жена снова здесь. Поверь мне, рано или поздно он выберет её, а ты снова останешься одна.

Слова резанули по сердцу. Максим нашёл слабое место, и ему это явно нравилось.

— Ты не знаешь, о чём говоришь, – возразила я, стараясь выглядеть спокойно. – Да и вообще… это не твоё дело!

Максим склонил голову, его тон стал тише и почти насмешливым:

— Ты уверена? Катя – мать его ребёнка. А ты? Ты для него никто. Это просто вопрос времени, когда он выберет её. Он ведь уже начал сомневаться, не так ли? Разве ты не видишь?

Каждое слово отдавало болью, и я не могла не почувствовать лёгкое замешательство. Максим был прав в одном – у Жени с Катей был общий ребёнок, и их прошлое связывало их навсегда. Неужели он действительно, может, вернуться к ней?

— Максим, ты ничего не знаешь о том, что происходит, – сказала я, не позволяя себе показать, насколько его слова задели. – Если ты собрал по деревне какие-то слухи, то имей в виду, они далеки от действительности.

Максим снова усмехнулся, глядя на меня с сожалением:

— Танюш, я лишь хочу, чтобы ты поняла. Женя никогда не выберет тебя. Ты для него – лишь временное увлечение. Когда дело дойдёт до выбора, он снова выберет Катю.

Я сжала руки, чувствуя, как внутри поднимается злость. Но в этот момент калитка заскрипела, и во двор стремительно вошёл Женя.

Он остановился, услышав последние слова Максима, и его глаза опасно сузились.

— Как интересно… Может быть, я сам решу? – жёстко сказал Женя, подойдя ближе. – А тебе тут больше нечего делать, Максим. Уходи.

Максим нахмурился, переведя взгляд на Женю, но не двинулся с места.

— Да все вы хороши, когда надо влезть девушке в трусы, – сказал он, пытаясь говорить уверенно. – А ты о ней подумал? Ты наиграешься, а Таня что?

Женя бросил на него такой взгляд, что даже мне стало не по себе. Он подошёл вплотную к Максиму и, слегка толкнув его в плечо, указал в сторону калитки:

— Я сказал, уходи. И если я ещё раз увижу тебя рядом с Таней, разговор будет совсем другим.

Максим, сжав кулаки, всё же не решился пойти дальше и, бросив на меня последний взгляд, нехотя направился к выходу.

— Я попытался, – пробормотал он. – Потом не жалуйся и не прибегай ко мне за помощью!

Когда он ушёл, напряжение повисло в воздухе. Я стояла, осознавая, как Женя сейчас откровенно вступился за меня. Это было так неожиданно, так правильно, что я не знала, как реагировать.

Женя, заметив мою растерянность, подошёл ко мне ближе и тихо сказал:

— Таня, мне нужно тебе кое-что сказать.

Я подняла глаза, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

— Не стоит…

— Я… не хочу, чтобы ты думала, что для меня Катя значит больше, чем то, что уже прошло, – тихо, но твёрдо сказал он, не отводя от меня взгляда. – Она давно ушла из моей жизни, и для меня теперь важна только ты.

Он чуть поколебался, но, заметив мою реакцию, решительно добавил:

— Таня, я не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Ваня. Тебе привык и… и я привык.

Эти слова подействовали, как разряд тока. Я почувствовала, как что-то тёплое распахивается внутри, и на губах невольно появилась улыбка.

Правда, вслух я сказала другое:

— Пока тут твоя жена, между нами ничего не может быть, Жень. И ещё, я кое-что слышала от Вани. Полагаю, тебе нужно об этом знать.