Фиктивная жена для бандита - Ася Любич Страница 57

— Значит, возвращаетесь?

— Да, и поставь слежку за этой женщиной. Не хватало еще, чтобы она скрылась до того, как мы наведаемся с родственным визитом, — перед глазами возникает девчонка с орхидеей. Она в тот день подарила ее мне просто так, сказала, что выгляжу грустным. В тот день умерла моя сестра. От рака. Единственный враг, с которым я не был способен справиться, единственная причина, по которой я пошел в криминал. А выбраться уже не смог.

— Я вспомнил ее. Девочка с орхидеей.

— Да. Она. Давай, на связи. Людей поставлю.

Прихожу в гостиную, где брат с сестрой играют в карты.

— Можно?

— Если не боишься остаться в дураках.

— Это самое страшное, — усмехаюсь я и киваю Даниле, чтобы раздавал.

Мы играем в карты, когда я поворачиваю голову, врезаясь глазами в профиль Ани. Видно, как ее трясет, но держится.

— Что?

— Да так, просто. Когда ты обо всем узнала?

— В тюрьме.

— То есть наша встреча на той трассе реально была случайной?

— Пытаешься обвинить меня в том, что я специально все подстроила?

— Обвиняешь тут только ты. Я интересуюсь.

— Случайной. Сколько раз я пожалела, что махнула тогда рукой.

— Я выиграл! — объявляет Данил. — Ань, можно я пойду поиграю в плейстейшн? Тут игр больше, чем у нас дома.

Дома… Как быстро он стал считать ту пустую квартиру домом. У меня дом там, где родители, которые совсем сдали после смерти Даши. И перестали со мной общаться, когда отказался вернуться к ним и стать честным человеком.

— Иди, конечно. Я тоже пойду. Поспать. Можно?

— Мы не доиграли. Ты еще не оставила меня в дураках.

— А это возможно?

Киваю на карты. В колоде осталось всего несколько.

— У тебя есть шанс. За ночь в тюрьме ты переобулась и решила согласиться на все мои условия. Тетя Люся рассказала тебе, что я виновен в смерти твоих родителей?

— Я не буду отвечать.

— Я бы мог поверить в ее альтруизм. Если бы она забрала двоих сирот к себе, места у нее, я так понимаю, хватало, так какая ей выгода от твоих отношений со мной?

— Месть. У нее умер брат, и ты виновен в его смерти.

— Она могла заявить на меня, но не стала этого делать.

— Она тебя боялась.

— Допустим. А ты никогда не задумывалась, почему она вас не забрала? Хотя бы Данилу?

— Она не могла. У нее не было условий.

— А потом появились, но вы, все равно, остались в детском доме.

— Перестань переводить стрелки! Не она виновата в смерти моих родителей! Я выиграла, теперь я могу пойти спать?

— Тогда, когда поешь.

— Но я не хочу!

— А мне плевать! За три дня ты нихрена не съела! Хочешь потом обвинить меня еще в своей смерти?

— Ты… — она поднимается. Идет к столу и плюхается за него, чтобы поесть. Но уже через несколько минут ее вдруг мутит, и она убегает в туалет. Запирается там. Я подхожу к двери и слушаю, как ее рвет.

— Аня…

— Уйди! Я ненавижу тебя.

— И давно тебя рвет?

— Два дня. Ничего в рот не лезет.

Перед глазами стройное тело и собственные эмоции от очередного оргазма. Оргазма внутри нее.

Она открывает двери, мокрая от воды. Толкает меня и уходит в спальню.

— Вызови врача. Нужна капельница, — говорю Артему в его комнате. Он кивает, бросает дела и идет выполнять поручение. Я же иду к Данилу и полночи рублюсь с ним в приставку, прокручивая в голове снова и снова каждый наш секс с Аней и те моменты, когда я кончал внутрь нее. Слишком часто, почему-то даже не задумываясь о том, что она может забеременеть.