Тагир. Девочка бандита - Анастасия Сова Страница 57

А потом в спальню входит Тагир. Я слышала его шаги издалека, и мысли об этом мужчине заставили меня еще больше сжаться.

Вместе с хозяином дома в комнату влетает запах жареного мяса. Но я не хочу есть. Аромат еды, пусть и вкусной, наверное, вызывает во мне тошноту.

Но я должна есть, чтобы выжить, правильно?

Или в этом больше нет никакого смысла?

Тагир обходит кровать. Ставит тарелку на тумбочку. Я дергаюсь от этого звука, еще плотнее прижимая к животу ноги.

— Боишься меня? — вдруг спрашивает Ахметов.

Но я ничего не отвечаю. Стараюсь даже не смотреть на него, чтобы не выводить себя из такого шаткого внутреннего равновесия.

Тагир ничего не отвечает, но, надеюсь, понимает, что молчание — знак согласия.

Хочу на него не смотреть, но мой пустой взгляд почему-то устремлен именно в его сторону.

Тагир красивый…

Может быть, его образ и способен транслировать уверенность и внушать чувство опасности, но он точно не отвратителен.

Сразу почему-то вспоминаю того рыжего бандита, что предложил Тагиру забрать меня. И который вчера лишился яиц.

Меня затошнило даже от мыслей о возможности оказаться с таким.

А Тагир… он другой совсем.

Помню, после нашей первой встречи я долго не могла уснуть. Только закрывала глаза, как в темноте появлялся суровый друг отца. По телу пробегали мурашки, а сердце ускорялось.

Все не могла забыть, как Тагир смотрел на меня. Я тогда едва усидела на месте под его внимательным пристальным взглядом.

— Как тебя зовут? — спросил он тогда, и у меня внутри что-то сжалось.

Я замешкала, и папа поспешил ответить вместо меня. Было ясно, он сам волнуется и даже боится этого человека. А Тагир тут же оборвал его:

— Я спросил у твоей дочери.

— Малышка, ответь ему.

Сама не помню, как прошептала тогда свое имя. Едва выдавила из горла. Ведь ни один из гостей отца не вызывал у меня таких эмоций. Вагон противоречивых чувств.

— Есения… — сказала я тогда, проглотив, кажется, половину букв.

— Буду звать тебя фея, — отозвался Ахметов, а я не нашла, что ответить на его предложение.

И зачем я сейчас вспоминаю это все — ума не приложу. Первые мысли за последние пару часов. И они о Тагире.

— Тебе надо поесть, — говорит он.

Молчу.

— Слышишь меня?

Я просто закрываю глаза.

Я не хочу есть. Я не хочу пить. Хочу только лежать и жалеть себя.

— Не заставляй меня запихивать это мясо тебе в глотку силой, Есения! — голос хозяина дома становится более недовольным.

Есения… он назвал меня по имени…

— Дохлая ты мне не нужна! — выплевывает Ахметов, понимая, что я не собираюсь выполнять его приказы.

И меня вдруг берет такая злость… Тело будто простреливает ядовитой стрелой, что тут, пусть и на мгновение, заставляет мое тело испытать прилив сил и адреналина.

Подскакиваю на пол и враждебно смотрю на бандита.

— Зачем я тебе, Тагир? — спрашиваю, но этот вопрос почему-то подкашивает меня. Контроль над телом вновь берут страх и обида. На глазах выступают новые слезы. — Ради чего ты меня мучаешь?