Няня для дочки отшельника - Аня Вьёри Страница 57

Олег умеет обращаться с младшими и, похоже, очень скучает по сестренке.

Лиза почти полноценно заменила ему ее.

Он ее придерживает, когда они идут по топкому берегу, подает ей руку, когда надо забраться на лодку, и даже учит, как подоткнуть платье, чтобы оно не намокло.

Такой смешной в своей детской галантности.

Я чуть замечталась, представляя, каким мужчиной он вырастет, и не заметила тонкую фигурку рядом с собой.

— Ой! Простите! – чуть не сталкиваюсь с субтильной молодой девушкой, которая почему-то выглядывает из-за зарослей калины.

— Нет-нет, – испуганно округляет она свои оленьи глаза, – это вы меня простите!

Она бросает еще один тревожный взгляд на берег, тяжело вздыхает.

Странная.

И почему-то кажется знакомой.

Мне становится не по себе, я решаю все-таки увести мою воспитанницу с речки.

— Лиза! – кричу, добавив в голос строгости. – Нам пора!

— Иду! – взвивается моя девочка.

Только тут же что-то вспоминает, оборачивается к мальчишкам, снова делает пару шагов ко мне, возвращается за своим уловом…

— А вы… – срывающимся от волнения голосом произносит странная девушка рядом. – А вы ее няня?

.

Михаил

— Алло!

Я быстрым шагом иду к дому.

— Доложиться, быстро! – рычу на помощника, в чьи обязанности входило наблюдение за Стеф.

— Что значит “потеряли из виду”? – аж останавливаюсь посреди тропы. – Точно не пересекала границу?

Последнее, что мы знали о Стефании – это то, что она улетела в Восточную Европу.

Вроде как какой-то контракт.

Она некоторое время мелькала на студиях, но вот…

Мой помощник нехотя сообщает, что уже четыре дня не может найти ее следы. Но в страну не возвращалась! Совершенно точно!

Это немного успокаивает.

Она же могла найти очередного любителя красивой жизни и свалить с ним в закат?

Думаю, что именно это ее цель. Век модели недолог. Стефании уже почти тридцать. Для ее профессии это старость.

Вдох – выдох…

Было бы логично предположить, что она свалила с каким-нибудь шейхом.

В конце концов, что ей делать здесь?

Лиза ее не знает. Я уже позаботился о фиксации отсутствия матери. Мои адвокаты подготовили проект об ограничении прав на ребенка…

Пока только проект.

Нам бы еще хотя бы месяц.

Все, что касается детей и опеки, всегда очень долго. Всегда…

Вот.

Пришел.

Дом.

Дом, в котором мне всегда было хорошо.

Дом, в котором ожила и оттаяла моя дочь.

Дом, в который я привез Ингу.

Только бы я ошибся.

Только бы не Стеф.

Распахиваю калитку.

Шмель с веселым лаем кидается мне под ноги.

— Привет, привет, парень…

Нехотя ловлю его уши, треплю загривок. Не до него сейчас.

Взлетаю на крыльцо.

Пусто…

Совершенно пусто!

Внутри все обрывается, накрывает паника, и вдруг я слышу под окнами такой знакомый голос…

.

Инга

Всматриваюсь в лицо незнакомки.

Кого же она мне напоминает?

И почему она так странно себя ведет?

Будто старается, чтобы Лиза ее не увидела.

Миша говорил, что его дочери угрожает опасность.

Тогда, когда он проверял меня… После истории с журналом…

Журналом?!

Боже! Этого просто не может быть!

Я схожу с ума!

Нет.

Если представить эту девушку в профессиональном макияже и не испуганно прячущуюся за кустом калины, а…

Мать Лизы была моделью…

Это он успел мне сказать.

— Вы, – чувствую, что мой голос дрожит, – вы Стефания?

— Ах, вы знаете? – распахивает она глаза то ли испуганно, то ли радостно. – Он сказал! Вы знаете? – возбужденно тараторит она. – А девочка? Девочка знает? Как вы ее зовете? Лиза, – на лице женщины расцветает улыбка. – Лизонька… Она такая хорошенькая, – Стефания оборачивается ко мне, ища поддержки и одобрения, как всякая мать. – Она знает обо мне? В доме есть мои портреты? Или, – нервно закусывает ноготь большого пальца, – вы, скорее всего, не в курсе… – хмурится. – Даже если он рассказывал обо мне, – всхлипывает. – Никто не знает, что именно он говорил… – по ее щекам катятся слезы. – Наверное, ничего хорошего…