Счастье для Bеры - Галина Перун Страница 59

— Пусть меня не снимает, — попросила Вера. — Я не готова пока.

— Верочка, ты для меня всегда хорошо выглядишь, не волнуйся. — Павел суетился возле нее, стараясь поцеловать в щеку. — Это на память для нашей семьи.

— Мне не нужна такая память, — резко отрезала Вера, — пусть ребенка снимает.

— Как скажешь, — виновато улыбнулся Павел и незаметно подмигнул человеку с камерой.

…Входная дверь, прихожая и лестница на второй этаж были украшены белыми и розовыми шарами. На каждой ступеньке лежал лист с мультяшными персонажами, которые четверостишьем поздравляли новорожденную девочку. На двери в детскую висел огромный плакат в виде послания. Большими ровными буквами аккуратно было выведено каждое слово:

«Милая моя жена, я хочу в очередной раз сказать тебе, как сильно я тебя люблю! Этот дом мы превратим с тобой в прекрасный дворец, чтобы наша маленькая принцесса росла в любви и заботе и со временем превратилась в самую настоящую королеву, которая в свою очередь осчастливит нас непоседами-наследниками. Когда мы будем смотреть на них, у нас разгладятся морщинки на лицах и мы вновь почувствуем себя молодыми!

Вера! Добро пожаловать в настоящую семейную, родительскую жизнь!

Я очень вас люблю! Вы самое дорогое, что есть сейчас у меня! Твой муж Павел».

— Паша, ты это все сам придумал? — Вера прижалась к его груди. — Никогда не сомневалась в твоих творческих способностях. Это же сколько тебе пришлось готовиться к нашей встрече?

— Не поверишь, но вот так сел и сразу написал. Легко пишется, потому что слова идут прямо из сердца. А теперь самое главное!

Он открыл дверь, и Вера ахнула. Вот это сюрприз!

Посреди комнаты стояла круглая деревянная кроватка с легким прозрачным балдахином. На цветной простыне лежали аккуратно сложенные стопочкой памперсы и детская одежда. У стены, рядом с диваном, новенький пеленальный столик с полным набором детских принадлежностей по уходу за кожей ребенка, несколько погремушек.

— Когда ты только успел? — расчувствовалась Вера. — Все именно так, как я и хотела!

— Я старался! Очень хотел произвести впечатление! — он демонстративно задрал нос кверху. — Как видишь, все получилось!

— Угодил так угодил!

Вера опустила конверт с ребенком на пеленальный столик.

— А можно я сам ее распеленаю?

— Попробуй, — пожала она плечами. — Только руки вымой с мылом!

— Узнаю медработника! — радостный Павел бросился вниз, перескакивая по две ступеньки на ходу.

Вскоре он вернулся. Стараясь не разбудить ребенка, не спеша расстегнул конверт, отложил его в сторону. Некоторое время смотрел с умилением на спящую дочь и, наконец, осмелев, распеленал. Ребенок сразу же раскинул в разные стороны ручки и ножки, начал потягиваться. Павел снял чепчик и провел ладошкой по волосам.

— Какие у нее удивительные волосы!

— Да, я тоже обратила внимание, когда впервые ее увидела.

— Ты уже думала об имени? Мне кажется, ее нужно назвать именем, какие редко встречаются.

— Злата.

— Злата Смирнова, — задумчиво произнес Павел. — Даже не знаю.

— А что тебя смущает? — она заглянула ему в глаза. — Детки рождаются обычно лысенькими или с небольшими волосиками, а наша родилась с настоящей шевелюрой, к тому же еще и цвет соломенно-желтый, как у настоящего золота. Жаль только, что эти волосики тонкие, в скором времени вытрутся и оттенок приобретут другой.