Закон чебурека - Елена Логунова Страница 6

— Пятьдесят долларов с человека?! Да вы в своем уме?! — взревел наш матриарх, воздев свой посох.

Таксист мгновенно доказал, что далеко не глуп, ретировавшись из зоны досягаемости с редкой стремительностью.

Теперь представьте общую диспозицию: середина июля, седьмой час вечера, Анталья, асфальтовые пустоши аэропорта. Температура воздуха плюс сорок, влажность идеальная для комфортного существования моллюсков и жабродышащих, над раскаленным дорожным покрытием колышется сизая дымка. Косые солнечные лучи без промаха бьют в глаз, и даже черные, как рубероид, очки не спасают. В ушах звенит, в очах мелькают мушки — верные предвестники обморока.

— Воды… — прохрипела мамуля, опасно кренясь на счастливо обретенном чемодане цвета молодой зелени.

— Бася, что с тобой? — Бабуля наконец-то вспомнила, что она не одна, как во поле березка, и обратила внимание на демонстративные страдания окружающих.

— Голова кружится. — Мамуля завела глаза под лоб, но перед этим успела мне заговорщицки подмигнуть. — Срочно нужны вода, тишина и покой…

— Срочно нужен автобус, — проворчала несгибаемая бабуля и прекратила гневно горланить, однако командовать не перестала. — Дюша, Аллочка, добудьте воды!

— Да, мой генерал! — Я козырнула, подцепила Трошкину под руку и потащила подругу в здание аэровокзала, где видела автоматы со снеками и напитками.

Алка безропотно позволила себя уволочь, но, едва мы отошли от мамули и бабули, зловредно затормозила ногами:

— Инка, стой! Я знаю, что нужно делать.

— Взять такси, по секрету договорившись с водителем, что для бабули он озвучит сумму в десять раз меньше реальной?

— Тоже вариант, но оставим его на крайний случай. — Мы вошли в здание, Алка заплатила за две бутылки воды, вручила их мне и велела: — Отнеси им.

— А ты куда?

— Туда, — подруга кивнула на стойку каршеринговой компании, за которой скучал кудрявый вьюноша в белом поло с фирменным логотипом. — Возьмем машину!

— Мы не расплатимся, — заволновалась я.

Наличных турецких лир мы захватили в обрез — только чтобы хватило на проезд в автобусе, а карты российских банков в Турции с некоторых пор, увы, не принимают. Менять припасенные доллары прямо в аэропорту не хотелось — там курс невыгодный.

— Спокойно, у меня с собой австралийская карта, — победно улыбнулась Алка.

Она у нас не бедная родственница: с десяток лет назад получила в наследство небольшую овечью ферму в Австралии и как-то даже ездила туда с ревизией своего имущества. Заодно открыла в тамошнем банке счет, благополучно не попавший под санкции.

— Гениально! — восхитилась я.

Перспектива невесть сколько времени дожидаться автобуса меня не воодушевляла, а вот возможность прокатиться с ветерком на арендованном авто с личным водителем представлялась вполне приятной.

Мы разбежались: Трошкина со своей картой поспешила к юноше — повелителю каршеринга, а я понесла живительную влагу мамуле и бабуле.

Могла бы и не торопиться, все равно никто мне не сказал «спасибо». Мамуля только скривила губы:

— Я не пью с пузырьками, мне нужна вода без газа!

Бабуля молча высосала свою минералку, бросила бутылочку в урну и с подозрением спросила:

— А Аллочка где?

Как будто привезла на экскурсию непоседливых пятиклашек, за которыми глаз да глаз.

Я не стала портить сюрприз, спросила мамулю: