Одержимость Тамерлана - Элена Макнамара,Яра Северная Страница 61

отвлекайся, работай. Увидимся в обед.

— Ладно. Позвони, если что. Люблю тебя.

Я тебя тоже.

Кладу трубку. Руки дрожат сильнее.

Что я делаю?

Почему не сказала?

Потому что устала, — отвечает внутренний голос. — Устала от его ревности, от его контроля, от того, что каждый мой шаг нужно обьяснять и оправдывать. Это просто кофе. Просто разговор со знакомым. Ничего криминального. Если бы Тамерлан был нормальным, я бы даже не задумалась.

— ну заехал человек, ну выпили кофе, и что?

Но Тамерлан не нормальный. В этом смысле.

И ты это знала, когда пускала Дениса в дом,

— говорит другой голос. — Знала и всё равно впустила. А теперь ещё и соврала.

Не соврала! Просто не сказала. Это разные вещи.

Разве?

Разливаю кофе по чашкам, ставлю одну перед Денисом.

— Спасибо, — он откладывает телефон, делает глоток, жмурится. — М-м, хороший кофе. Сама варишь или машина?

Машина.

Всё равно вкусный. Не то что в придорожных кафешках, где мы с Расулом сегодня обедали.

Там такая бурда, что страшно пить.

Сажусь напротив него, обхватываю свою чашку ладонями, грею руки, хотя на улице жара.

Молчу, не знаю, что говорить

— Слушай, Валерия, — начинает он, отставляя чашку. — Я хотел извиниться.

За что?

За тот обед у родителей Тамерлана. За то, что лез со своими разговорами. Видел же, что он психует, но всё равно продолжал. Это было.... ну, глупо с моей стороны. И некрасиво.

Смотрю на него с удивлением. Не ожидала извинений.

— Спасибо. Принимаю.

Просто я... он пожимает плечами, крутит чашку в руках. — Привык общаться со всеми

подряд. В Москве это нормально. Там никто не смотрит косо, если ты разговариваешь с чужой девушкой или женой. А тут другие правила, я понимаю. Расул мне уже весь мозг вынес- мол, веди себя прилично, не позорь меня.

Я невольно улыбаюсь.

Выкладываю пирожки Патимат на тарелку, ставлю посередине.

Пироги с абрикосами. Я ни разу таких не ела, и от их вкуса мне хочется простонать от удовольствия.

Мы допиваем кофе, разговариваем о ерунде. О Москве, о том, как Денису непривычно здесь после большого города. О его работе в недвижимости. О том, как его сестра познакомилась с Расулом — оказывается, они встретились на какой-то конференции в Питере, он там выступал про органическое земледелие.

Денис рассказывает живо, с юмором, не пытается флиртовать или говорить двусмысленности.

Просто болтает, как болтал бы с кем угодно. И я расслабляюсь понемногу. Думаю — вот видишь, ничего страшного. Нормальный разговор, нормальный человек.

Может, Тамерлан преувеличивает?

Может, дело не в Денисе, а в его собственных демонах?

Через сорок минут Денис встаёт из-за стола.

Ладно, поеду. Заболтался совсем. А то Тамерлан вернётся, увидит мою машину у ворот — мне конец, — он смеётся, но в смехе есть доля правды.

Провожаю его до двери.

Спасибо за пироги. Передай всем привет. Передам обязательно. И ещё раз извини за тот обед. Проехали.

Он уезжает. Я закрываю дверь, прислоняюсь к ней спиной.

Сердце колотится.

Ничего не произошло. Просто кофе. Просто разговор.

Но почему тогда так паршиво на душе?

Потому что ты не сказала Тамерлану, — отвечает внутренний голос. — Он же спросит, как

прошёл день. И ты либо соврёшь снова, либо признаешься. И тогда...

Не хочу думать о «тогда».

Иду на кухню, мою чашки. Руки всё ещё дрожат.