Кривые зеркала - Жанна Даниленко Страница 62

— Знаете, девчонки, в каждой избушке свои погремушки. И в каждой семье свои проблемы. У меня родители лет пятнадцать как разведены. — Володя усмехнулся. — Мой отец замечательный человек, но пьющий периодами. Мама тоже потрясающая женщина, и отцовские выкрутасы ей нафиг не сдались. Да, в молодости была у них любовь, наверное, а потом молодость прошла, и любовь тоже, остались жизненные реалии, а в них каждый сам за себя. В результате очень неплохие сами по себе люди терпят друг друга с натяжкой, но разбежаться не могут, имея общего ребёнка и общую жилплощадь. Лично я отношусь ко всему этому безобразию философски. Оно так, потому что так сложилось. Я люблю мать и люблю отца, и они меня тоже любят, как умеют.

— Любовь вообще сложная штука… — сказала Юля.

— И похоже, что величина она не постоянная, — Татьяна подняла кверху палец и изобразила строгую училку, вызвав очередной приступ смеха у друзей.

Чем ближе был сеанс, тем больше людей заходило в кафе. Посетители занимали столики, делали заказы, говорили о чём-то, ели мороженое, поглядывая на часы.

Столик, за которым расположились Юля с друзьями, находился в стороне, и тем, кто входил в кафе, ребят не было видно, они же могли спокойно разглядывать всех.

Эту пару Юля заметила сразу, как только мужчина открыл дверь, пропуская вперёд свою спутницу. Именно красивая молодая женщина с роскошными светлыми волосами привлекла внимание. Не заметить такую было невозможно. Юля скользнула взглядом по мужчине и застыла в шоке, замолчав на полуслове. Не узнать родного отца она попросту не могла. В первый момент Юле захотелось вскочить со своего места, подбежать к отцу и спросить его, что он тут делает и кто с ним. Она даже привстала, чтобы сделать это, но была остановлена Татьяной.

— Сядь и не отсвечивай, — твёрдо произнесла подруга. — Юля, это может быть всё, что угодно, в конце концов, они вместе работают. Ну пошёл Александр Васильевич с коллегой в кино. Что такого? Что ты побледнела, как будто приведение увидела?

— Вместе работают? То есть ты её знаешь?

— Жену Соколовского? — рассмеялся Володя. — Юль, можно подумать, ты о ней никогда не слышала. — Юля отрицательно мотнула головой, и Володя спросил удивлённо: — И не видела ни разу?

— Папа коллег домой не приглашает, — начала оправдываться Юля, но тут же вскинулась. — А на кой ей идти в кино или в кафе с моим папой, когда у неё для этого муж имеется?!

Люди, сидящие за соседними столиками, обернулись на голос, а Таня попросила Юлю умерить свой пыл и не кричать на всё кафе.

— Ты хочешь устроить разборки прямо здесь и сейчас? — спросила она подругу.

И тут Юля поняла, что нет, не хочет. И хотя она всё ещё находилась в шоке, теперь ей нужно выяснить, что связывает её отца и жену Ивана Дмитриевича, а в ушах звучал голос матери: «Твой отец мне изменяет. Я знаю, я чувствую». Сейчас Юля могла бы проследить и либо подтвердить, либо опровергнуть мамины подозрения. Она закрыла глаза, вдохнула глубоко, потом выдохнула, пытаясь взять себя в руки и действовать с холодной головой. Вот только ничего не получалось.

Фильм Юля почти не видела, она не смогла бы даже сказать, о чём он. Весь сеанс она смотрела на отца с его спутницей, а выйдя из кинотеатра, молча шла домой, опустив голову. Ведь по большому счёту отец предал не только маму, но и её. Друзья пытались расшевелить Юлю, отвлечь, но это было бесполезно. Около входа во двор она распрощалась с Таней и Володей, пообещав, что всё будет хорошо, что не станет делать глупости, рассказывать об увиденном матери и вообще с кем-либо обсуждать своего отца.