На краю несбывшихся надежд - Оксана Ласовская Страница 64

— Алло, — услышав тихий голос подруги, я едва не разревелась.

— Сонь, ты занята? — спросила я, голос мой дрожал.

— Нет, а что? — насторожилась она.

— Приезжай ко мне…

— Что-то случилось?

— Случилось. Приезжай, пожалуйста…

Не дожидаясь ответа, я нажала отбой и разревелась. Что-то я в последнее время стала слишком сентиментальной…

Словно почувствовав мое настроение, малыш лягнулся. Сначала тихонько, едва ощутимо, а потом сильнее.

— Тише-тише… — положила я руку на живот, слезы тут же высохли. — Не волнуйся, мама не будет больше плакать…

На лицо тут же наползла глупая улыбка. Мне было безумно приятно называть себя мамой, ощущать себя мамой! А каждое шевеление моего ребеночка воспринималось как праздник.

Решив оставить ребенка (Боже, как я могла хотеть от него избавиться?!), я тут же стала гадать, кто же у меня будет. Прислушивалась к себе, считала по дням. По всему выходило, что будет девочка, но я ошиблась: УЗИ показало мальчика. Сына.

— Все хорошо, сынок, все у нас хорошо, — я откинулась на спинку дивана и закрыла глаза, тихонько поглаживая живот. Толчки прекратились, на меня напал сон. Но не успела я задремать, как раздался звонок в дверь.

— Это Сонька? — удивилась я, взглянув на часы. — На крыльях она летела, что ли?

Да, это была подруга. Влетела в прихожую, как метеор, и крикнула:

— Что случилось?!

— Сонь, ты покрасилась, что ли? — удивилась я, разглядывая ее.

Подруга действительно изменилась, стала выглядеть моложе и как-то спокойней. Сейчас ее можно было принять за ровесницу Степки. Присмотревшись, я поняла почему — Соня была не в привычном боевом раскрасе, а с легким макияжем, отчего ее лицо стало выглядеть мягче. Волосы она подстригла под каре и покрасила в каштановый цвет. Да и вообще за эти полгода похудела, стала казаться выше. Или я просто отвыкла от нее?

— Покрасилась, — кивнула Соня. — Ты скажешь, что стряслось, или нет?

— Ничего, — покачала головой я. — С чего ты взяла?

— Ну как? — растерялась подруга. — Ты же сама сказала — случилось!

— Да я не то имела в виду! — махнула рукой я. — Сонь, я помириться с тобой хочу…

— Вот ненормальная, а? — выдохнула Сонька. — Ты знаешь, как я испугалась? Я уже Бог весть что подумала!

— Прости, — покаянно опустила голову я. — Сонь… Прости меня, пожалуйста. Я тебе такого наговорила! Я не со зла! На самом деле я ничего плохого о тебе не думаю, а не хотела, чтобы ты со Степкой встречалась, потому что боялась, что ты разобьешь ему сердце. Прости, а? Я люблю тебя, ты мне как сестра! И я очень скучаю без тебя…

— Я давно все забыла, Мира, — грустно улыбнулась Сонька и обняла меня. — Ну чего ты разнюнилась? Вот она я, чего ты? Ты меня тоже прости, я знаю, что надавила тогда тебе на больное, просто очень обиделась. Давай все забудем?

— Давай! — обрадовалась я и снова заревела: — Сонька…

— Ну, мать, ты даешь, — покачала головой подруга. — Чего ты ревешь все время? Родишь себе плаксу и нытика! Ну-ка прекращай!

— Нет, он не будет плаксой, — улыбнулась я, вытирая слезы. — Он будет смелым, отважным и очень веселым.

— Вот, правильно! А это что значит? А это значит, что и тебе нужно быть отважной и веселой! Чтоб я больше не видела слез и соплей, поняла?

— Поняла!

— Так и будем стоять в дверях? Я тебе апельсины и киви принесла!