Единственная любовь бандита - Юлия Герман Страница 65

Кругом горят свечи, а зал украшен розовыми розами.

— Нравится? – он останавливается, все еще не отпуская меня.

— Это что, новая пытка? Напомнить мне, какой могла бы быть жизнь? – голос срывается, выдавая дрожь, которую я тщетно пытаюсь подавить.

— Это попытка ее начать. С начала. Вместе.

Он подводит меня к столику и наконец отпускает, чтобы отодвинуть стул. Я медленно сажусь, чувствуя, как шелк платья непривычно скользит по коже. Арес садится напротив и смотрит так пристально, будто пытается прочесть мои мысли.

Официант разливает вино. Я машинально беру бокал, чтобы занять руки и отвлечься от его внимания.

— За нас, – поднимает свой бокал Арес. – За правду. И за месть, которая наконец-то свершится.

Я не чокаюсь. Просто смотрю на темно-рубиновую жидкость, но не решаюсь сделать глоток.

— Ты все еще не веришь мне.

— Верить легко, Арес. Сложно – забыть. Забыть, как пахнет сырость в подвале. Забыть, как горят шрамы на теле. Забыть, что я – призрак, которого никто не ищет.

На его лице что-то дергается. Впервые за этот вечер маска непробиваемого спокойствия дает трещину.

— Мне не хватит жизни, чтобы искупить свою вину перед тобой. Но я буду стараться и доказывать день за днем…

— Довольно, – обрываю я. – Не надо слов. Ты сказал, что хочешь доказать. Я жду действий. Где они? Где те, кто должен поплатиться за то, как сложилась моя жизнь?

Он отпивает вино и медленно ставит бокал. Темные глаза, кажется, становятся еще темнее.

— Очень скоро каждый из них получит по заслугам.

— Когда? – я чувствую, как в груди разгорается пламя.

— Не все так просто. Мне нужно, чтобы они закрыли все свои долги. К примеру, Витя – не просто предатель. Он мой дроп. Он знает все каналы, все схемы по отмыву денег за последние годы. Если я просто… устраню его, половина моего, и не только моего, состояния зависнет в воздухе, а вторую половину сожрут конкуренты, почуяв слабину. Поэтому я должен обезопасить себя со всех сторон, прежде чем играть в ангела возмездия.

Я смотрю на мужчину напротив, и меня охватывает странное чувство. Он больше не тот порывистый и эмоциональный юнец. Сейчас передо мной хозяин положения, у которого есть четкий план. И в каком-то извращенном смысле это успокаивает больше, чем любая клятва на крови.

— И сколько это займет времени? – спрашиваю я, и мой голос звучит ровнее.

— Дней десять. Максимум две недели. Я не могу рисковать, Юна. Теперь, когда ты снова в моей жизни, каждая моя ошибка отразится на тебе. Я должен быть уверен на все сто. И в первую очередь я хочу обеспечить тебе тылы, прежде чем устрою тотальную зачистку.

Он снова тянется через стол и накрывает своей ладонью мою, прижимая ее к прохладной скатерти. Но на этот раз в его прикосновении не только желание, но и тяжесть ответственности.

— Я не прошу тебя ждать. Только посмотреть правде в глаза. Моя месть – это не порыв. Это приговор. И он будет приведен в исполнение. Ты получишь свои доказательства. Все до единого.

Во взгляде Ареса я вижу твердую решимость, и у меня перехватывает дыхание. И я понимаю самую страшную правду: я все еще хочу ему верить. Не клятвам, а этому холодному расчету и четкому плану. Хочу, чтобы этот вечер был передышкой перед решающей битвой.

Это понимание страшнее любой ненависти. Потому что оно делает меня еще более уязвимой и дает ему в руки новое оружие – надежду.