Секрет австрийского штруделя - Анна Акимцева Страница 66

На том и расстались.

Отсчитав уговоренное время, схватив со стола, подготовленное вчера исковое заявление, я зашла в приемную.

Страхова была уже там. Выйдя из своего кабинета, она что-то очень бурно обсуждала с Татьяной Ивановной.

– Ой, Ульяша, что ты хотела? – наша директор рьяно демонстрировала удивление.

– Подписать исковое. Срочно.

– Так давай, прямо тут подпишу. Или ты поговорить хотела? – уточнила Страхова, забирая у меня бумаги. При этом она активно делала мне пассы глазами, объясняя, что в кабинет заходить не надо.

– Нет, подписывайте в приемной и я побегу.

– Хотела к тебе вечером заехать, забрать увлажнитель воздуха. Помнишь, ты мне говорила, что у тебя без дела стоит?

Увлажнитель воздуха? У меня?

– Извините Вера Романовна, сегодня никак не получится. Может, Вам завтра его домой привезу? Я сегодня, в кои-то веки, иду в ресторан.

– Ну что ты в том ресторане до утра просидишь? Как вернешься домой – позвони, я приеду, – не отступала директор. Она импровизировала, похоже, ощущая себя ведущей актрисой МХАТа.

– Э….. а…я.. домой не планировала возвращаться, – скромно потупила глаза и понизила голос.

– О как! – радостно закивала Страхова. – Ну что ж дело молодое. Гуляй, пока сын в лагере, – добавила директор и незаметно для секретаря, махнула мне в сторону двери, мол, все, вали, теперь все сама сделаю.

Выйти-то я вышла, и даже потопала, изображая свои уходящие шаги, но убедившись, что коридор чист, тотчас прилипла к двери ухом.

– Вы оказались правы, Татьяна Ивановна. Вон как Димка ее в оборот взял. Уже и ночевать к нему сегодня поедет. Да и хорошо, пусть у них сладится, – услышала я завершающий аккорд мини спектакля. – Пойду работать. Через час совещаниес производственниками. Вы их обзвонили?

Ответ Татьяны Ивановны я не дослушала, на цыпочках вернулась к себе в кабинет.

Перезвонившая, через пару минут Страхова, требовала незамедлительного признания ее актерский способностей. И я убедила ее, что сцены всех уважаемых театров нашей страны сегодня плакали от того, что им не досталась такая актриса!

После обеда я искренно пыталась начать работать, выкинув из головы утреннее происшествие, коварные интриги и мысли о блуждающих по офису сплетнях.

Но сначала ко мне явилась Фомина, переварившая новость. Она отошла от первого потрясения, и ей хотелось подробностей. В обычной ситуации Оксана была бы послана сразу, но тут, желая расширить круг посвященных, я рассказала ей и про планируемый ужин в ресторане и про предполагаемую совместную ночь в квартире Смирнова. Оксанкины охи и советы я слушать отказалась, выпроводив ее работать.

Едва у меня получилось выставить из кабинета Фомину, ко мне ввалился Смирнов. В одной руке он держал отчаянно огромный букет роз, а во второй коробку с клубникой.

Вот как, оказывается, в представлении Димки выглядит конфетно букетный период в отношениях.

– Смирнов, открою тебе тайну. Мне розы не нравятся, – прошептала я.

– А на клубнику у тебя аллергия? – улыбнулся Димка. – Не переживая, все сам съем.

– Фиг тебе, – пододвигая к себе коробку, возразила я.

Феерическое пришествие Смирнова в контору с букетом видели многие, и в кабинет ко мне потянулась вереница посетителей. Кому подписать, кому объяснить, кому просто дать пинка.

Не выдержав натиска, и закрыв дверь изнутри, мне удалось поработать оставшихся три часа. В понедельник, в девять у меня заседание в одном из районных судов. Следовало подготовиться. В суд поеду прямо из дома… или… от Смирнова.