Мэр. Цена предательства – любовь - Евсения Медведева Страница 66

— А бизнес? Кажется, у современных мужчин появилась ещё одна слабость – надрать друг другу задницы, – я вздохнула, вспоминая разговор с Прокофьевым.

А ведь я так ничего и не рассказала Косте. Вместо того, чтобы умничать и делиться содержимым желтых статеек, лучше бы поведала про разговор с бывшим мужем!

А вдруг это важно? Вдруг ему нужно знать?

Но явно не сейчас…

Через мгновение по обе стороны от меня появились знакомые улыбающиеся лица. Адель Раевская и Вера Мятежная. Девушки подхватили меня под руки и потянули к круглому столу, за которым активно спорили Денис и Вячеслав, если я правильно запомнила их имена.

— Какие люди!

Мужчины обменялись рукопожатиями, мне были посланы довольно дружелюбные улыбки, а девчонки сели по правую руку от меня.

— Я сегодня говорил с Яровым, он виделся с Ольгой, – сходу начал Раевский, он даже немного сдвинул кресло, приближаясь ко мне. – У неё все хорошо. В камере с ней молодняк, я все пробил, никого опасного. Сотрудники в курсе, что это теперь наша девочка, а значит, с неё уже сдувают пылинки.

— Боже… – меня словно ледяной водой окатило. Руки тряслись, зуб на зуб не попадал, а перед глазами круги заплясали. – Она здорова? Бледная была, я вся извелась!

— Виктория, в условиях того, что твоя сестра сидит в СИЗО, у неё все очень хорошо. Завтра собери необходимые вещи и отдай Каратику, товарищ прокурор выбил мне время на разговор с подзащитной, я смогу всё передать. Ну и на следующей неделе мы сможем договориться о вашей встрече. Вика, ситуация непростая, неприятная, но решаемая. Нельзя опускать руки, а ты бледнее муки. Успокойся, я помогу…

— Правда? – казалось, это последняя капля моей выдержки.

Тот металлический прут, на котором я держалась все эти два месяца, треснул, отпуская всю боль, все чувства в свободное плавание. Я стала стекать по спинке кресла, пока меня не подхватил Костя. Приобнял, подставил плечо и… неожиданно для всех собравшихся поцеловал в макушку.

— Я обещал тебе…

Обещал. Либо я жила не в том мире, либо Каратицкий из другой вселенной.

В настоящее время обещание почти ничего не стоит. Пустой звук. Особенно от совершенно посторонних людей. Но именно они готовы мне помочь здесь и сейчас.

Вокруг нас было так много людей! К столу то и дело подходили, приветствовали Каратицкого, заводили разговор с Мятежным и Раевским, а мне просто хотелось поплакать. Всего секундочку побыть слабой девочкой.

Но не здесь… А то подумают, что молодая супруга мэра плакса и истеричка.

— Прости, мне нужно выйти, – прошептала, аккуратно скидывая его руку с плеча.

— По коридору налево, – ответил Костя и встал, провожая меня до выхода из зала.

И вновь батарея взглядов, шепотки… А мне бы добежать до уборной, чтобы расслабиться.

Не привыкла я к такому вниманию.

Я даже сразу не поняла, что это туалет. Просторное помещение с мягкой банкеткой, зеркальными стенами и раскидистой пальмой. А ещё тут были двери с выходом на террасу.

Наверное, здорово лежать в горячей ванне с пеной, ощущать морской бриз и видеть зелень гор.

Встала у раковины, уперлась руками в тумбу, буквально нависая над ней. Слезы падали на белый мрамор, стекая черными кляксами туши.

Мне помогут. Мне непременно помогут…

От легкости не осталось и следа, когда за спиной, ровно из тех дверей донесся мужской голос: