Встретимся в полночь - Брианна Борн Страница 66

— Ария? Это ты?

Я вздрагиваю.

— Да. Я уже ухожу, увидимся позже!

Я рывком тянусь к ручке.

— Подожди, мне нужно поговорить с тобой о…

— Мне нужно бежать в школу, мам, прости, пока!

Я захлопываю за собой дверь. Я чувствую себя ужасно, но не настолько, чтобы заговорить с ней. Я не могу позволить ей загнать меня в угол. Я не могу позволить ей одним словом воплотить в реальность то, что происходит между ней и папой.

Двигатель машины с грохотом оживает. Я собираюсь включить заднюю передачу, когда поднимаю взгляд на дом, на дверь гаража передо мной, и за ухом начинает гудеть. С внезапной поразительной ясностью я вновь переживаю ночь, когда отец переехал в гараж.

В доме царит жуткая атмосфера. Папа бегает вверх-вниз по лестнице, вытаскивает свою одежду из шкафа и спускается, чтобы развесить ее на старой перекладине в гараже.

Мы с Кади сидим на диване в гостиной и смотрим по телевизору повтор «Друзей», но на самом деле не смотрим. Мы должны были уехать – например, в «Соник» или просто уехать, подальше от всего этого, – но мой мозг как будто отключился и я не могу принять решение. Я слишком напугана, чтобы пошевелиться, как будто любое мое движение сделает кошмар реальностью.

— Официально объявляю, что это полный отстой, – говорит Кади. – Я не понимаю, почему он переносит свои вещи вниз. По-моему, это чересчур драматично.

Я смотрю на свои руки и вижу, что соскребла с ногтей почти весь переливающийся лавандовый лак.

Кади накрывает мою руку своей, чтобы я перестала ковырять.

— Ария. Они справятся.

Правда? Наши родители никогда не ссорятся. И, конечно, не переезжают в подвал ни с того ни с сего.

Раздается звонок в дверь.

Все замирают. Даже на лестнице воцаряется тишина.

— Я открою, – говорит Кади. – Наверное, это мамина доставка из «Амазона».

Я застываю на диване, но мое сердце подскакивает к горлу, когда Кади открывает дверь, и я слышу голоса, доносящиеся из коридора.

— Привет, Кади. Ария дома?– Страт? Что он здесь делает? Почему он не написал? – У меня отменился урок фортепиано, и я решил сделать ей сюрприз – заехать и пригласить на ужин.

— Я проверю, дома ли она, – говорит Кади, и я мысленно благодарю ее за то, что она выиграла для меня немного времени.

Она возвращается в комнату с бровями, поднятыми так высоко, что они могли бы задеть крышу.

— Ну? Ты собираешься вставать или как?

Я бросаю взгляд на свою пижаму со «Звездными войнами» и думаю о засаленном пучке на макушке:

— Я не могу позволить ему увидеть меня такой.

Кади бросает на меня осуждающий взгляд.

— Серьезно? Ты встречаешься с ним больше месяца. Выйди к нему.

— Просто задержи его, хорошо? Дай мне пять минут.

Я взлетаю по лестнице, когда Кади снова открывает дверь и приглашает его войти. Она усаживает его на диван и поднимается в нашу комнату. Моя сестра прислоняется к дверному косяку, наблюдая, как я нервно вожу щеткой по своим непослушным волосам:

— Знаешь, просто скажи ему, что сейчас неподходящее время. Потому что оно на самом деле неподходящее.

Я чувствую укол вины за то, что мгновенно забыла о ссоре родителей. Но мне совсем неинтересно сидеть на диване и тонуть в этих эмоциях, особенно когда у меня есть билет на выход. Я быстро и крепко обнимаю Кади.

— Спасибо, что дала немного времени. Тебе тоже стоит выйти из дома – может быть, кто-нибудь из девочек захочет встретиться?