Виннипегская Cтена и я - Мариана Запата Страница 67

Бегемот в это время оглядывался по сторонам и даже не заметил человека, который сейчас сойдет с ума. Я толкнула его локтем. Его внимание переключилось на меня так быстро, что стало тревожно. Он нахмурился. Я осторожно кивнула в сторону продавца. Он перевел взгляд.

Тот все еще смотрел на него выпученными глазами.

— Вы… вы… Эйден. Эйден Грейвс. – Боже, какие страсти. Этот мальчишка всего на пару лет моложе меня.

Эйден напряженно кивнул.

М‐да, само очарование.

— Вы… я… – лепетал парень. – Я ваш фанат. Охренеть. – Он снова вдохнул, и его лицо побледнело. – Вы в жизни еще больше, чем на экране.

А вот это чистая правда.

Эйден пожал плечами, как всегда, когда кто-то упоминал его рост. Мне казалось, это ставило его в неловкое положение – он как-то говорил Лесли, что ничего особенного для этого не делал. Гены и спорт. Он отвечал так вяло не из высокомерия – просто не знал, что сказать.

Бедняга за кассой продолжал пялиться на него, забыв о моем существовании и очереди из четырех человек позади.

Эйден не помогал ситуации, стоя с каменным лицом.

— Не могли бы вы сделать кофе моей девушке?

Его девушке?

Мне потребовалась вся выдержка, чтобы не посмотреть на него с выражением «как ты, черт возьми, меня назвал?».

К счастью, я не подала виду, когда продавец вышел из ступора и взглянул на меня, прищурясь. Я улыбнулась, доставая телефон и игнорируя странное чувство от этой фальшивой нежности.

— Да, конечно. Простите. Что будете? – спросил он, густо краснея.

Я сделала заказ и, проверив экран, набрала сообщение: «Твоя девушка?»

Отправила его человеку рядом, прежде чем протянуть кредитку.

Парень снова взглянул на Эйдена и нервно вставил карту. Руки у него слегка тряслись. Я поблагодарила, но он уже снова не обращал на меня внимания, разглядывая Эйдена. Присмотревшись, я заметила, что у бедняги дрожат пальцы.

— Спасибо, – пробормотала я, забирая стакан и отступая. Эйден последовал за мной, словно в своем мирке. Мое сообщение он проигнорировал… или просто не почувствовал вибрацию телефона в кармане. Тут я заметила, что все в очереди пялятся на него.

И понятно почему. Он выглядел мрачно: рюкзак за плечами, руки скрещены, у ног – моя сумка. Затем я осознала, что смотрят и на меня. Изучают. Хотят понять, кто эта девушка рядом с парнем, из-за которого кассир теряет самообладание.

А это просто я.

Всю дорогу до Вегаса меня тошнило от нервов. За всю дорогу Эйден сказал мне слов пять, прежде чем прислониться головой к окну и отключиться. Это было даже неплохо, учитывая, что я застряла в своем мире отрицания и ужаса. Если Эйден и нервничал, то не подавал виду. Прилетев, мы вышли из аэропорта и взяли такси до нашего отеля. Там мы зарегистрировались и поднялись на лифте на наш этаж.

Мой бывший босс открыл дверь карточкой и пропустил меня вперед. Я застыла на пороге, осматривая роскошный номер с современной мебелью. Почему в моей памяти не сохранилось, насколько этот отель хорош! В детстве мы почти не путешествовали – у мамы не было ни денег, ни времени, ни желания нас возить. В тех редких случаях, когда родители Дианы брали меня с собой, мы останавливались в дешевых мотелях у дороги – жутковатых, как из фильмов ужасов. Все ютились в одной комнате, максимум в двух, если взрослые могли себе это позволить.