Великолепная Софи - Джорджетт Хейер Страница 69

— Какой-нибудь сумасбродный клуб!

— Нет, комната для игры в криббидж! – усмехнулся он.

— Какой ты противный! Полагаю, ты собираешься обсуждать достоинства любимцев Блумсбери, или Черного бриллианта, или… или…

— Мейфэровское диво, – подсказал он. – Ничего столь интересного, проведу время с несколькими друзьями. А что вы знаете о любимцах Блумсбери, мисс?

Она дерзко посмотрела на него и продолжила свой путь вниз по лестнице, бросив на ходу:

— Только то, что я узнала от братьев, Чарльз!

Он рассмеялся, но прежде, чем она достигла конца лестницы, свесился с перил и повелительно окликнул:

— Сесилия!

Она вопросительно подняла голову.

— Этот тип, Уорэкстон, донимает тебя?

Она чуть было не выдала себя, но, стараясь сохранять серьезность, ответила:

— Ой, что ж… Осмелюсь сказать, мне не трудно поставить его на место, если… ну, если сочту нужным осадить!

— Тебе не следует сдерживаться, ни по каким из известных мне причин. Едва ли я должен говорить, что, если Юджиния узнает о таком поведении Альфреда, она первая осудит его.

— Конечно, Чарльз.

Обсуждал ли мистер Ривенхолл с мисс Уорэкстон поведение брата, так никому и не дано было узнать. Если и обсуждал, то, по мнению Софи, с большим тактом, поскольку мисс Уорэкстон вовсе не казалась смущенной.

Однако Софи все же представилась возможность получить реванш. Это случилось, когда в очередной раз мисс Уорэкстон подняла спорный вопрос о Жако, доверительно поведав леди Омберсли свои опасения.

— Я живу в постоянном страхе, что когда-нибудь услышу, как эта обезьяна покусала кого-то из детей.

— Чушь! – не выдержал Чарльз, до которого долетели слова невесты.

— Но я полагаю, укусы обезьян ядовиты.

— Ну, тогда, надеюсь, Жако сумеет покусать Теодора.

Леди Омберсли что-то протестующе пробормотала, но Теодор, которому только что основательно попало за ловко пущенный крикетный шар из сада на площади прямо в одно из окон соседнего дома, только усмехнулся. Мисс Уорэкстон, не считавшая, что мальчик получил соответствующее проступку наказание, уже высказывала свое суровое мнение о столь необузданном поведении. Чарльз выслушал, но в ответ только сказал:

— Все верно, конечно, но удар был классный. Я видел.

Это полнейшее игнорирование ее мнения терзало мисс Уорэкстон, и теперь она с наигранностью, которую слишком часто использовала в разговоре с детьми, прочитала Теодору очередное наставление, добавив, что ему сильно повезло, так как в качестве возмездия за преступление его не лишили нового любимца. Теодор промолчал в ответ, только одарил девушку негодующим взглядом.

— Ясно же, вы не любите Жако из-за того, что его нам подарила Софи! – неожиданно для всех выпалила Гертруда.

Правда этого ошеломляюще откровенного высказывания произвела на большинство присутствующих потрясающее действие. На щеках мисс Уорэкстон выступили два красных пятна; леди Омберсли судорожно вздохнула, Сесилия подавила смешок. Только на Чарльза и Софи это никак не подействовало. Софи даже не оторвала глаз от своего шитья, а Чарльз лишь мрачно прокомментировал:

— Глупое и дерзкое замечание, Гертруда. Ты можешь вернуться в классную комнату, если не в силах вести себя прилично.

Гертруду, которая достигла уже того возраста, когда приходила в замешательство не меньше старших, бросило в краску, и она в смущении выбежала из комнаты.