Бывшие. Я (не) могу тебя забыть - Алика Бауэр Страница 7

Глава 4

«— Пустите меня к нему! — мой крик разрывает горло, превращаясь в хриплый вопль. Пальцы, побелевшие от напряжения, впиваются в ледяные прутья ворот. Казалось, еще немного и я вырву их с корнем. — Я должна с ним поговорить!

Боль сдавила грудь так сильно, что еще немного и ребра треснут с сухим хрустом. Перед глазами пляшут черные пятна, сквозь которые я с трудом разглядела появившуюся по ту сторону ворот фигуру.

Его мать.

Она стоит недвижимо, словно изваяние из холодного мрамора.

— Уходи.

— Пять минут! Дайте мне всего пять минут! — мольба вырывается вместе с новым приступом рыданий.

Она приближается к воротам той самой утонченной, мерной походкой и наклоняется так, что я чувствую запах ее дорогих духов.

— Я не дам тебе ни секунды после того, что ты натворила, мерзавка.

— Пожа-алуйста... — ноги подкашиваются, и я, не в силах больше держаться, оседаю на холодные камни. — Мне нужно его увидеть...

— Зачем? — она коротко и ядовито хмыкает, глядя на меня свысока. — Он даже не узнал тебя. Так что убирайся. И чтобы я больше никогда не видела тебя рядом с моим сыном. Иначе... — она делает паузу, давая мне прочувствовать тяжесть этой угрозы. — Ты прекрасно знаешь, на что я способна. Разберись с этим, — бросает она через плечо охраннику, уже разворачиваясь к дому.

Я не слышу звонких, удаляющихся щелчков ее каблуков. Их заглушал грохот собственного сердца в ушах и надрывный, животный вой, который вырывался из моей груди.

— Ну, давай, Лерок, не упрямься, — крепкие мужские руки обхватывают меня за плечи, поднимая с земли. — Не заставляй действовать силой.»

Такси уезжает, оставив меня один на один с моим личным адом. Выхожу из машины и застываю, будто вкопанная, наплевав на дождь. Ноги отказываются слушаться, вцепившись подошвами в землю, не желая делать и шага вперед.

Передо мной возвышаетсяся он. Тот самый двухэтажный коттедж, чьи стены, никогда меня не принимали. В моих воспоминаниях он был больше, мрачнее, чем в действительности.

Воздух, пахнущий мокрой травой и дорогим гранитом, мне отвратителен. Каждая молекула здесь напоминает о моих днях унижения.

Возвращаться в место, откуда тебя вышвырнули, как надоевшую дворнягу, мягко говоря… неприятно.

Мне просто нужно забрать свои деньги за урок и поставить перед фактом, что я больше на них работать не буду. Вот и все. Сухо и по делу. Это не должно быть сложно.

Собрав волю в кулак, делаю шаг, потом другой, и нажимаю на кнопку звонка.

— Вы к кому? — раздался безразличный мужской голос из динамика.

— Здравствуйте, я к Макарову… Младшему. Обо мне должны были предупредить.

Алена Андреевна только добавила свою каплю дегтя, когда сказала мне по телефону, что все денежные вопросы я должна решать с ее мужем и отправила по этому адресу. Адресу, дорогу к которому я предпочла бы забыть и больше никогда не вспоминать.