Пока-пока, шеф! - Марта Вебер Страница 7

Мы с Женей, моим братом, даже не успели отгоревать, вступили в право наследства, в том числе нам в равных долях перешла часть бизнеса отца, и примерно в то же время нам от его партнёра стало известно о долгах нашей семьи перед ним и ещё несколькими влиятельными людьми.

Будто бы компанию на плаву держали только деньги партнёра, а отец уже несколько лет пытался «выплыть» из этого, и, видимо, не смог.

Так мы оказались с братом, который зарабатывал примерно ноль, с многомилионными долгами. Не отдать было нельзя. Это были не банки, не государство, всё было неофициально, в нас тыкали расписками, какими-то документами.

Сначала продали родительскую квартиру, потом ещё одну машину, которая была в семье. Следом пошла машина брата, подаренная отцом ему на восемнадцатилетние. И всё равно оставался долг в районе полумиллиона. Мне уже ничего было не нужно, только бы эти люди отстали от нас с братом, которым и так было не просто.

Поняла, что надо было искать работу. И тут выяснилось то, что меня никуда по каким-то причинам не хотели брать. Слишком маленький опыт, или опыт не по вакансии, слишком молодая, могу выйти замуж и уйти в декрет, или платили такие копейки, что я с такой зарплатой выплачивала бы долги до пенсии.

Брат тем временем оставил университет, потому что платить за него было нечем, и тоже начал искать работу, подрабатывая то разово на стройках, то курьером, то ещё где-то.

Когда пришла в офис к Михаилу Алексеевичу, ни на что уже не надеялась.

Слишком лакомая вакансия, как мне казалось, меня уж точно не возьмут.

А он, неожиданно, вместо того, чтобы проводить собеседования, устроил сразу «тест драйв», пробные два рабочих часа.

Нас было пять кандидатов, Михаил Алексеевич работал в привычном ему темпе, кричал, закидывал задачами, и так получилось, что к концу второго часа осталась только я. Потому что остальные девушки оказались не готовы к подобному, а у меня выбора не было. Зубы стиснула, и работала, выполняя всё, что говорили.

За первые полгода работы здесь я закрыла наш долг. Всё окружение меня потеряло, конечно, потому что я работала реально двадцать четыре на семь. Но я так боялась теперь не иметь никакой подушки, уходя куда-то, что решила для себя, буду работать как минимум до тех пор, пока брат не закончит университет, и я помогу ему со своим жильем.

Наверное, теперь было более понятно, почему я относилась к своей работе с особым трепетом. Когда-то Михаил Алексеевич, сам того не зная, протянул мне руку помощи, а я теперь его как будто кидала в неожиданный момент. Но у всего был предел, и мой, кажется, настал.

Дверь кабинета отлетела в сторону, и оттуда сначала вышел бледный начальник юридического отдела, а следом красный босс. Красный точно не от смущения, он явно всё ещё был в ярости.

Надо же, а я даже не слышала, как он кричал, настолько погрузилась в свои мысли, и за годы привыкла к этому фону.

Начальник юридического моментально смылся, оставив меня с Михаилом Алексеевичем наедине.

— Пары минут хватило, чтобы мозги встали на место?

— Они у меня там и были, и да, я всё ещё собираюсь уволиться. Михаил Алексеевич, все взрослые люди, давайте вести себя соответственно. Я на вас работаю, а не прислуживаю по личной инициативе. И наши с вами отношения определены нормативными документами, в соответствии с которыми я имею полное право уйти. Тем более, что у меня уже на руках предложение по другой работе. Меня там ждут через две недели.