Бывшая жена. Ложь во имя любви - Анастасия Петрова,Селин Саади Страница 7

— Нет-нет, — отмираю, приходя в себя, — Простите, я просто… задумалась.

— Ох, — она улыбается и прикладывает руки к груди, сжимая в тонких пальцах помаду, — Слава богу, что с вами все хорошо. Я уже переживать начала.

— Да, спасибо. Все хорошо.

На самом деле не все хорошо. Я за этот год по крупицам выстраивала свою новую личность. Свое новое «я». Я стала сильнее, мудрее, устойчивее. Мне пришлось такой стать, потому что жизнь — это ведь всегда самый жестокий учитель. После развода на мне все свалилось разом: сначала умерла бабушка после длительной и изнуряющей болезни, а следом через три месяца мне пришлось похоронить мать. И я врагу не пожелаю проходить все это в одиночку. У меня поддержки не было.

У меня была только я. Поэтому теперь я другая. Совершенно. Местами черствая, холодная, менее эмпатичная и жалостливая.

Но увидеть его спустя год оказалось ударом. Только злости во мне куда больше, чем сожаления.

Я возвращаюсь к хостес, она ждет меня с меню в руке, провожает до столика, и я радуюсь тому, что он прилично дальше от того, за которым сидит бывший муж и эта чудесная женщина.

Из-за скачка адреналина аппетит вырастает, а голод начинает душить.

Поэтому я беру салат, брускетту со страчателлой и томатами и даже не отказываю себе в горячем. Ко всему этому прилагается, конечно же, бокал вина.

После первых глотков тело начинает расслабляться, из головы уходят старые образы, и я, достав планшет, погружаюсь ненадолго в работу.

Через минут десять мне приносят салат, а еще через пять чья-то тень нависает над моим столом. Я, полностью уверенная, что это официант, поднимаю голову, улыбаясь, но тут же рефлекторно отшатываюсь назад.

— Здравствуй, Аврора. Ты прости, я, кажется, тебя напугал. Просто Ольга рассказала про ситуацию в уборной, а когда указала на твой столик, я не ожидал увидеть тебя. Наверное, я не должен был подходить, но мне очень захотелось поздороваться.

— Да, не должен, — выдавливаю из себя и в ту же секунду как главный критик ругаю себя за то, что первые ноты звучат так жалко, — Но в любом случае ты уже подошел. Поэтому здравствуй. На долгие беседы у меня нет времени, я тут, — киваю взглядом на стоящий рядом планшет, — занята.

— Да, конечно, — он неспешно качает головой, — У тебя все хорошо?

— Да, Дима. У меня все хорошо.

Он, наверно, ждет от меня встречный вопрос, но я его не задаю. Не хочу знать, как он.

Хотя выглядит неважно. Похудел, но, может, его новая пассия не кормит. Ведь я-то любила побаловать мужа вкусной едой. В браке он набрал килограммов десять лишних, но они довольно равномерно распределились по телу.

А вот худым он выглядит не очень. Уставший.

— Ладно, — он понимает, что разговора не будет, — Я пойду. Был рад тебя видеть.

И эта его радость выглядит настолько искренней, словно он правда… рад. Словно не врет.

Только я вот перестала людям верить, поэтому не обольщаюсь.

— Угу. Хорошего вечера.

— И тебе, Аврора.

Он уходит, и когда пропадает из виду, я выдыхаю.

Черт! Это было сложно. Это было правда очень сложно. Но возможно.

Первые секунды я его жалею, что он плохо выглядит, а следующие уже ругаю, что он меня не пожалел, когда изменил и развелся. Так с чего это мне должно быть его жаль?

Плевать. Мы уже чужие друг другу люди. Нам больше не по пути.