Нарушитель границ - Эмма Райц Страница 71

— Расслабься, ты чего так испугался? Все хорошо!

— Когда про твой прицельный глаз будут говорить, я на тебя посмотрю, – из угла палаты снова раздался голос Макса.

Пики махнула на него рукой и поспешила продолжить:

— В общем, твой лечащий врач сказал, что зрение можно вернуть операбельным путем. Там какие-то физические разрывы, повреждения… Я в этом не сильна.

— Но?

Пики хитро прищурилась:

— Ты прав. Действительно есть одно «но». Вероятность успеха – пятьдесят на пятьдесят. Либо зрение целиком вернется, либо…

— Я останусь слепым?

— Если вдруг что-то пойдет не так, существует запасной вариант…

— Какой? – Илья был настолько напряжен, что в этот раз его привычка теряться перед боссом не давала о себе знать.

Лера открыла папку, с которой пришла к нему в палату, достала листок с распечаткой и протянула ему:

— Запасной вариант – это глазной имплант. Разработка нашего НИИ Глазных болезней по заказу Минобороны.

На листке было несколько схематических изображений и подробных пояснений мелким шрифтом. Фокусироваться было сложно, и Илья обессиленно опустил распечатку на колени.

— Травмы глаз очень распространены, несмотря на множество вариантов защиты. В армии – в том числе. Поэтому, как ты понимаешь, Министерство обороны не хочет терять из своих рядов опытных профессионалов, которые физически полностью здоровы, но, потеряв зрение, стали инвалидами.

— Ресурс нужно высасывать до конца…

Лера осеклась:

— Думаю, на их месте ты поступал бы аналогично. Но если сам горишь желанием в двадцать девять лет стать инвалидом, то…

— Нет, не горю. Простите…

— Имплант представляет собой небольшой цилиндр со сложной оптико-цифровой начинкой. Он размещается внутри глазного яблока и передает сигналы в мозг. В обычном режиме работает как здоровый человеческий глаз. Тебе подберут радужку в цвет, зрачок тоже будет искусственным. Его светочувствительность за несколько дней подстроится под твое обычное зрение.

— А есть какой-то другой режим?

— О да! – Макс поднялся с кресла и подошел к Илье. – Боевой режим переключает твой глаз в полноценный оптический прицел с функцией ночного видения, тепловизора и датчика движения.

Брови Шамана ошалело взлетели вверх.

— Вот и я решил, что это круто. Смотри, – Давыдов-старший ткнул в распечатку на последнее изображение.

— И мне поставят ЭТО бесплатно?

— Да. Это экспериментальная модель. Но произведено уже более семидесяти операций по пересадке. И все успешны. Конфигурация дорабатывается. Возможно, через пять-семь лет тебе заменят его на более совершенный вариант. Тоже бесплатно.

— Но я не военный. Почему меня решили включить в эту программу?

— Ты же из «Феникса». А мы с Минобороны – лучшие друзья. И плюс Морозов внес парочку своих крайне убедительных доводов… – промурлыкала Лера.

— Ясно…

— Ты можешь отказаться. Но тогда острота зрения раненого глаза на всю жизнь останется не более двадцати процентов от нормы.

— А лекарства? Капли, таблетки, упражнения? Вообще без вариантов?

— К сожалению… И к работе телохранителя с таким зрением ты вернуться тоже не сможешь.

Илья вздохнул. Затылок жгло от нервов и сомнений. Он поглядывал то на Давыдова-старшего, то на Леру и мысленно метался между предложенными вариантами.

— В чем ты сомневаешься? Чего боишься?

— Как-то… сложно все это.