Только попробуй влюбиться! - Аксинья Карпова Страница 71

Глава 34

Стефа

Репетиция прошла гладко. Костя был доволен. Конечно, нам ещё шлифовать и шлифовать спектакль, но в целом мы молодцы. Дальше только лучше.

После репы мы пришли в кабинет. Заварили чай и уселись на диван и в кресла, чтобы попробовать выпечку, приготовленную Зинаидой. Булочки, как всегда, получились у неё идеальными. Голодные и счастливые, мы за обе щеки уплетали всё, что она принесла для чаепития.

— Слушайте, а давайте после спектакля тоже чаепитие устроим, – предложила Лена. – И что-то вкусненькое каждый пусть принесёт.

— Хорошая идея, – обрадовалась Зинаида, – я вам пирог с капустой испеку или с мясом.

— А можно и то и то! – сразу же отреагировал Женя.

— Можно и так, – улыбнулась женщина.

— Будет здорово, если получится, но там, скорее всего, такая суматоха начнётся, – сказал Костя. – Ещё ведь будет жюри. Когда всё закончится – неизвестно.

— Давайте тогда в январе, – не успокаивалась Лена.

— В январе можно, – согласился Костя. – Назначим дату…

— Сразу после нашей победы, – закончила за него Катя.

— Мне нравится ваш настрой, – обрадовался он.

— Так все могут в январе? – переспросила Мира.

— Писали, что все, – ответил ей Костя. – Егор, тебя добавили в чат?

— Нет.

— Я добавлю сегодня. Ещё раз спасибо, что выручил.

— Да ладно, – смутился Любимов, – мне не сложно.

— Мне тут сказали, что ты ещё футболом занимаешься?

— Занимаюсь…

— Не будут тебе мешать наши мероприятия?

— Не будут, – устало вздохнул парень. – Можно сказать, что у меня отпуск от футбола… Бессрочный.

— Так что случилось-то? – спросил Женя.

— Меня отстранили.

— За что? – удивилась Лена.

— Ну, скажем так, за несправедливость.

— Ты повёл себя несправедливо? – удивилась Катя.

— Нет.

— С тобой повели себя несправедливо?

— Можно и так сказать.

— Ну не хочет человек рассказывать, чего вы достаёте, – возмутилась Зинаида.

— Да нет, всё нормально, – грустно улыбнулся Егор, – тут и рассказывать особо нечего. Произошло недоразумение, вследствие которого меня отстранили.

— Тебя обвинили в том, что ты не делал? – спросила я.

— Да, – кивнул он. – И доказать обратное у меня не получилось. Хотя это даже к футболу никак не относится. Но вот так…

— Как-то это всё грустно, – расстроилась Лена.

— Да ладно вам, мне и так хорошо, чего грустить?

— Может, ещё чаю? – предложила Зинаида.

— Я бы не отказался, а булочки ещё есть? – спросил Женя.

— Есть, Женечка, конечно, – Зинаида достала ещё один пакет с выпечкой. – Тут ещё с заварным кремом есть.

— Ой, я так люблю заварной крем, – отозвалась Мира.

— Бери, бери, деточка, – протянула ей булочку Зинаида.

В общей суматохе история Егора стала забываться. Однако я перестала вникать в разговоры ребят. Всё моё внимание переключилось на Любимова. Может быть, Олеся Владимировна была права, и всё, что сказали тренеру, – это лишь сплетни. А он поверил? Как глупо. Терять главного нападающего из-за непонятных домыслов? Непрофессионально.

Конечно, мне хотелось верить, что Любимов – хороший. Сердце подсказывало, что это именно так. И мне стало жалко парня. Я на миг представила себя на его месте – что бы я делала, если бы меня выгнали из театра? Причём без какой-то действительно серьёзной причины? Кажется, моя жизнь разрушилась бы в одночасье…