Не смей меня желать - Анна Одувалова Страница 75

— Марк, поговорить нужно, – зовет Валерий Иванович за собой в кабинет, когда я наливаю себе уже третью чашку кофе, чтобы выпить ее на веранде. – Как дела с Никой?

— Все нормально. – Пожимаю плечами, хотя где-то в душе вспыхивает волнение.

— Она успокоилась? Больше не доставляет проблем? Я ведь знаю, какой несносной занозой она может быть.

От души отлегает. Никаких подозрений, просто дежурный разговор. Это хорошо, к нему я готов.

— Мне кажется, смерть Даши ее потрясла, – осторожно замечаю я. – А когда Ника потрясенная и никуда не срывается, работать с ней одно удовольствие.

— Да, ты прав. – Самбурский бросает взгляд в окно на девушку, дремлющую на шезлонге. – Нужно, чтобы вот так она проводила ближайшее время.

— Это не в моих силах.

— Ну и не в моих, – вздыхает ее отец и задумчиво хмурится. – Завтра с утра мы с ней поедем в полицию. На этот раз я не оставлю ее одну, возьму своих ребят и адвоката. Поэтому до обеда можешь быть свободен. Мать, что ли, навести? Скучает ведь, поди.

В голосе Самбурского нежные нотки, и это удивляет. Даже больше, чем удивляет, но от ненужных вопросов я удерживаюсь и замечаю:

— У нее есть Игорь.

— Ну, Игорь – Игорем, сам-то ты у нее не появлялся с того момента, как работаешь у меня. Да и Игорь постоянно в командировках. Хотя… – Самбурский морщится. – Татьяна… она привыкла. Все мужики оставляют ее одну. Муж всегда пропадал на службе, пока эта служба его и не забрала. Ты такой же, и Игорь тоже.

— Это судьба близких военных.

— Да знаю я, но ты-то сейчас штатский. Все. Можно, наверное, появляться у нее чаще? Ведь одна она живет…Короче, съезди к матери, навести.

Это приказ, и у меня создается впечатление, что сам Самбурский гораздо больше в курсе, как дела и по кому скучает мать, нежели я сам. Интересно. Хочется задать вопрос, но Валерий Иванович продолжает:

— Ну а дальше – по обстоятельствам. Два варианта. Первый. Если Ника будет тут не нужна, я отправлю ее на недельку из города куда-нибудь подальше дачи, чтобы разобраться с текущими проблемами. Потому что эта гнида, убивающая девчонок, где-то очень близко. Около меня притаился, мерзавец. Второй. Возможно, отправить ее не получится, потому что менты сам знаешь какие сволочи. Тогда ты будешь ее беречь, как себя. Но как станет возможно, я ее отсюда отошлю на время. Пока не разберусь с мразью.

Киваю, соглашаясь. Мне все ясно. После того как Ника уедет, я стану не нужен. Потому что к ее возвращению проблема будет решена. Но работа – это последнее, о чем я хочу сейчас говорить. Нужно дождаться завтрашнего дня, и тогда будет понятно, у нас с Никой только сегодняшняя ночь или все же чуть больше.

— Ну так я пойду?

— Да, конечно, – отмахивается Самбурский. – И не забудь съездить завтра к матери.

— Не забуду, ведь она моя мать. – На последнем слове делаю акцент.

— Именно.

Ближе к вечеру Самбурский уезжает, а Ника приносит шикарную новость: в гости собирается Дина. Вот какой черт сюда несет эту шалаву?

— Ну не злись. – Ника расценивает взгляд по-своему и, удостоверившись в том, что никого из охраны нет на горизонте, прислоняется к моему плечу щекой. – Будем верить, что она свалит быстро. Ей скучно без тусни. Всего часик посидит, а потом я вся твоя… до утра.

От ее хриплого шепота по венам расплавленной лавой течет желание, но Дина – это опасно. Очень опасно. Ее визит может все разрушить, поэтому я напряжен.