Счастье для Bеры - Галина Перун Страница 78

— Вот сейчас, сынок, я спокойна, что у вас все хорошо. Веру даже не узнать, сама на себя не похожа. А мы хоть со Златой понянчились, нам это в радость! — Елена Игоревна оглянулась на Веру и понизила голос: — Твоя бывшая приходила. Не понимаю, чего она добивается. Вся такая расфуфыренная, глазками так и стреляет по квартире. Думаю, хотела тебя здесь застать, но как узнала, что вы вдвоем с Верой, так сразу и ушла.

— Я тебя умоляю: не заводи с ней никаких бесед. Она же не в первый раз к тебе является. Она должна понять, что ей здесь не рады.

— Хорошо, хорошо, я поняла! — Она подтолкнула легонько сына в спину. — Иди к Вере, помоги ей собрать вещи, если не думаете остаться ночевать у нас. Поздно уже.

…Впервые за последнее время они вместе уснули в одной комнате. Павел придвинул детскую кроватку почти вплотную к своему спальному месту и долго держал за ручку малышку. Внимательно рассматривал черты ребенка: тонкие, едва приметные светлые бровки, черные реснички, курносый носик и розовый полуоткрытый ротик. Его умиляла природная нежность деток. «Все малыши прекрасны, и каждый по-своему, — говорил он. — А наша Злата особенная! Она вырастет настоящей принцессой!»

Вера, прижавшись щекой к гладко выбритой коже, поцеловала мужа. Сегодня они провели вместе замечательный вечер, самый лучший из всех за последние месяцы. Он будто вернул ее к реальности. Придвинувшись к любимому, она незаметно погрузилась в сон, уставшая и счастливая.

Под утро Вера проснулась от крика Златы. Девочка плакала и не хотела успокаиваться. Плач то усиливался, то утихал; в каком-то положении ей, видимо, становилось немного легче, и, всхлипывая, она засыпала. Сон длился недолго, минут десять-пятнадцать. Малышка вздрагивала, разбрасывала руки в стороны, будто падая, открывала глаза, начинала плакать и, успокаиваясь, снова засыпала, сжимая в кулачках ночную рубашку Веры. А потом внезапно приступ громкого плача и подтягивание ножек к животу.

— Может быть, у нее температура? — Павел приложился губами к лобику девочки.

— Мне кажется, у нее болит животик: обычно малыши так ножки поджимают, если вздутие или еще что-то. Я пробовала гладить, но она никак на это не реагирует, все равно плачет.

— А если это зубки режутся?

— Да нет, десенки не припухшие, не отечные. Никогда она так долго не плакала. — Вера посмотрела на часы. — Рано еще звонить кому-то. Все спят.

— Ты скорую хотела вызвать?

— Я знаю, что скорую можно в любое время вызвать. Я о твоей маме вспомнила. Она вчера вылила смесь, потому что Злата не захотела есть. А по дороге домой малышка уснула, и, когда мы приехали, она совсем сонная была, тоже слабо кушала. Я подумала, что она просто спать хочет, вот и не стала настаивать. А водичку она с удовольствием попила. Не понимаю: в чем причина? Ты не подумай, я не хочу Елену Игоревну в чем-то обвинять. Мне просто надо уточнить: может, она ей что-то еще пробовала дать?

— Я совершенно спокоен по этому поводу, — пожал плечами Павел. — Мама бы не стала без твоего разрешения ей что-то давать. Она же знает, как ты смотришь за Златой.

— А компот?! — вдруг вспомнила Вера. — Она варила какой-то компот! Я его не пробовала, а вот ты его пил?

— Нормальный компот, вкусный, свежий. — Павел неодобрительно посмотрел на Веру. — Неужели ты думаешь, что мама стала бы давать ребенку плохой компот?