Птичка, успевшая улететь - Юля Артеева Страница 79

Глава 24

Дания

Прорыдавшись в коридоре, я наконец захожу домой. В груди все тянет и стонет, как будто жернова стеклянную крошку бесконечно крутят. Разумеется, вместе со всеми моими внутренностями.

— Это был Руслан? – спрашивает мама, выходя в коридор.

Я устало прикрываю глаза и приваливаюсь спиной к двери.

Говорю со вздохом:

— Конечно, это был Руслан, мам.

— Почему «конечно»? Ты бы хоть представила мальчика.

Раздраженно скидываю кроссовки, в которые влезла босиком, чтобы встретить Капралова. Почему между двумя этими простыми событиями прошло сто тысяч лет?

Развожу руками и интересуюсь с вызовом:

— Зачем?

Мама приподнимает брови:

— Затем, чтобы он не сбежал. Затем, что он подарил тебе цветы. Затем, что мне интересно, с кем встречается моя дочь.

— Да? И что ты думаешь о нем?

Мама улыбается. Губы движутся в правильном направлении, глаза загораются верным огоньком, но я видела, как она разговаривает с клиентами на работе. Точно так же. Искусственный энтузиазм.

Она говорит:

— Необычный.

Я пинаю свои же кроссовки, которые отлетают во входную дверь. Меня почти трясет от того, насколько сильно хочется сейчас исполосовать свои ноги. Хотя бы что-то, хоть крохотную иллюзию контроля! Но я всеми силами держусь за то, что обещала Руслану.

— Необычный, – повторяю с издевкой, – скажи искренне, мам.

— Данюш, ты расстроена, я понимаю. Давай поговорим завтра?

Мама уходит на кухню, но я упрямо иду за ней.

Требую:

— Нет, скажи!

— Господи! – Всплеснув руками, она оборачивается. – Он выглядит как хулиган! Довольна?

— Более чем.

— Черт, – приложив пальцы к вискам, прикрывает веки, – я просто хочу для тебя самого лучшего. Чтобы был образованным, вежливым, красивым, смешным, верным, просто идеальным! Это что, делает меня плохой матерью?

— Это делает тебя сказочницей. Таких не бывает.

Мне плохо. Моя душа мечется по всему телу и никак не может найти выхода. Вытаскиваю смартфон из кармана спортивных штанов и набираю Капралова. Знаю, что он не ответит, но попробовать стоит. Трижды Рус сбрасывает, а потом вместо гудков я слышу раздражающую мелодию и голос автоответчика. То ли вырубил телефон, то ли добавил в черный список.

— Что? – спрашиваю агрессивно, заметив, как мама смотрит на меня.

— Даня, он отойдет, и завтра поговорите.

— Ты его не знаешь!

— Нет, – она в ответ повышает голос, – я как раз таких знаю прекрасно!

— Вот! – Размахнувшись, прикладываю телефон о стол. – Всю жизнь я это слышу! Какие мужики отвратительные, и что не стоит ждать от них ничего хорошего!

— Я такого не говорила.

— Только это ты и говорила, мам. Что они либо изменяют, либо уходят. Либо изменяют и уходят. С такими установками ни один парень не окажется достаточно хорош для меня.

— Дания… – Она разводит раскрытыми ладонями в стороны, словно отсекает всю нашу беседу. – Ложись спать. Завтра объявится твой Руслан, и мы с тобой нормально поговорим.

— Мне не три года, – цежу через зубы, – позволь мне самой решать, что делать. И что думать.

Мама смотрит на меня так, будто не понимает смысла того, что я говорю. Я же просто разворачиваюсь и выхожу с кухни.